Маленькая разведчица кивнула.
— Я поддерживала связь с живущей здесь группой. Для меня это почти не опасно. Лиса не представляет особого интереса для патрулей Тёмного легиона, хотя один из них однажды выстрелил в меня. — Она слегка ухмыльнулась. — Вблизи города всё сложнее. Там мне приходится беспокоиться не о солдатах Талака, а о горожанах, которые боятся за своих цыплят!
— Каково это — быть лисой? — с любопытством спросил Бликс, направляя своего коня между двумя могучими деревьями, которые возвышались нереально высоко в небо. По диаметру они превосходили всё, что он видел раньше. Очевидно, Анлинн вела их теперь в самую старую часть леса.
— Другие цвета, — объяснила она, — и яркие запахи. Всё более интенсивно и близко, а от малейших звуков болят уши. — Она коротко засмеялась. — Когда я ношу мех, я становлюсь маленькой трусихой. Лисица всегда хочет быть уверенной, прежде чем решиться на что-то. — Её лицо немного потемнело. — Но иногда требуется смелость. Тогда она дрожит как осиновый лист, когда я заставляю её подчиняться моей воли.
— Ты говоришь о ней так, будто она кто-то другой.
— Так и есть. Она — лисица, а я всего лишь еду на ней. Я нашёптываю ей свою волю. Для неё многие мои намерения непонятны. Её мир — другой, в нём есть следы и множество соблазнов, которые я не хочу сейчас объяснять. И когда она храбрится ради меня и при этом так ужасно боится, мне больно из-за того, что я едва ли могу вознаградить её за это. И когда всё-таки что-то случается, — тихо продолжала она, — как в тот день, когда в нас попал болт, у меня разрывается сердце. Ведь она не знает жалости к себе, она принимает всё, как есть. — Она слегка улыбнулась. — И она так умна, как о них говорят. Она видит и предугадывает вещи, которых не могу видеть я. И если сэра Зокора права, то мой маленький друг спас мне жизнь.
— Как это? — спросил Бликс, которого её рассказ странным образом растрогал. Ему почти казалось, что он видит эту пугливую лисицу.
— Как думаешь, оставили бы меня в живых, если бы я была волком, а не рыжей, такой маленькой и пугливой? — спросила она, оглядываясь на остальных.
Бликс слышал о лагере, который должен был находиться здесь, в лесу. В его представлении это было несколько палаток и парочка исхудалых людей, которые с трудом могли себя содержать.
Но то, что он обнаружил и на что теперь смотрел в изумлении, было нечто иное.
— Они называют это Тир'ни'до, — объяснила Анлинн с некоторой гордостью в голосе. — По-эльфийски это якобы значит…
— Город в лесу, — дополнила Зокора, появившаяся рядом с ними словно тень. — Казалось, она тоже была удивлена, и, похоже, улыбалась. — Только правильно было бы Тейр’на’до. Если придавать значение мелочам.
— Как бы он ни назывался, он впечатляет, — решил Бликс.
Он и впрямь впечатлял. Вместо нескольких человек, которых он себе представлял, здесь жило, наверняка, человек пятьсот или больше, и они соблюдали правила леса.
Его основанием служила поляна с пятью могучими деревьями вокруг и несколькими поменьше, разбросанными тут и там. Должно быть, они обшарили весь лес, чтобы найти множество упавших веток, которые они ловко соединили с плетеной травой или веревками. Глина и трава заполняли щели, а большие, утяжеленные камнями листья, покрывали хижины. Всё выглядело необычно, почти так, будто выросло здесь, и ни на одном живом дереве не было видно следов удара топора.
Это было не убежище, а небольшая возникшая здесь, в лесу, деревня и теперь почти заполнившая поляну. Поскольку беженцы строили и в высоту, здесь были мостики, тянущиеся на высоте через всю поляну и вымощенные валежником тропинки на земле. При виде некоторых хижин, устроенных на могучих развилках, Бликс не был уверен, что захочет войти в одну из них, но всё это вызывало у него глубокое уважение.
Дети со смехом бежали им навстречу, и когда увидели Анлинн, то осадили её, пока она не дала им несколько орехов из своей сумки. Через некоторое время об их прибытии, похоже, стало известно, потому что отовсюду из этих странных домов выходили люди, чтобы благоговейно приветствовать ту, которую ждали.
Сначала собралась толпа, а потом, когда их маленькая группа приблизилась, по толпе словно прошла волна, и все опустились на одно колено и склонили головы.
Лиандра стояла там, держа в руке поводья своей лошади, а двое детей поменьше дергали её за плащ. То ли потому, что требовали внимания, то ли потому, что не видели раньше такой ткани.
— Боги, — прошептала она Яношу. — Помоги мне, я такого не ожидала!
Янош рассмеялся, из-за чего многие украдкой посмотрели на него.
— Я ничем не могу тебе помочь, — усмехнулся он. — Ты — королева… просто будь царственной.
— Я ещё не ношу корону, — шёпотом возразила она.
— Нет, — ответил Янош. — Уже носишь. Невидимую. Потому что она в их сердцах. — Теперь он ухмылялся. — Скажи что-нибудь. Неважно, насколько это будет неостроумно, они подумают, что это здорово.
— Спасибо, — прошипела она, — Ты мне очень помог.
Но сжалился над ней Герлон и шагнул вперёд.
