Роза Марена полностью

Когда они ехали назад, машин на шоссе было больше. Поэтому ехали они медленнее, но все-таки ненамного. Билл умело находил лазейки в потоке движения и бросал туда свой огромный «харлей», и Рози казалось, что они летят на гигантской грохочущей стрекозе, лавирующей между мчащимися автомобилями. Впрочем, Билл не рисковал понапрасну, и она была полностью в нем уверена, даже когда он ехал между двумя потоками машин или между застывшими грузовиками, которые выстроились на съезде с шоссе, как громадные древние мастодонты, и ждали своей очереди перед будками сбора дорожной пошлины. А к тому времени, когда у дороги начали появляться указатели с надписями НАБЕРЕЖНАЯ, АКВАПАРК, ЭТТИНГЕРС-ПЬЕР. ПАРК РАЗВЛЕЧЕНИЙ, Рози была уже рада, что они все-таки уехали с озера. Она успеет в свой ларечек, торгующий футболками… приедет без опозданий, и это было замечательно. Сегодня она собиралась познакомить Билла со своими подругами, и это было еще лучше. Он им наверняка понравится. Когда они проезжали мимо большого розового плаката с надписью: ВСТРЕЧАЙТЕ ЛЕТО ВМЕСТЕ С «ДОЧЕРЬМИ И СЕСТРАМИ», – она вдруг поняла, что счастлива, как никогда. Потом она вспомнит об этом, когда этот длинный-предлинный день закончится тошнотворным ужасом. Но тогда она еще об этом не знала и наслаждалась этим ощущением неизбывного счастья.

Она уже видела американские горки – их крутые изгибы и мертвую петлю на фоне ясного неба, – слышала крики, доносящиеся оттуда. На мгновение она еще крепче обняла Билла и рассмеялась. Все будет хорошо, подумала она, и когда ей вдруг вспомнились – всего лишь на краткий миг – яркие настороженные глаза лисицы, она выбросила это воспоминание из головы. Сейчас было не время об этом думать, как не время думать о смерти на свадьбе.

В то время как Билл Стейнер парковал свой мотоцикл у дорожки, ведущей к площадке для пикников в Шортленде, Норман Дэниэльс ставил свою украденную машину на большую стоянку на Пресс-стрит. Эта стоянка располагалась в пяти кварталах от Эттингерс-Пьер и предназначалась для посетителей «развлекаловок» на набережной – парка аттракционов, аквариума, детской железной дороги, магазинчиков и ресторанов. Были, конечно, парковки и поближе, но Норман решил, что лучше запарковаться подальше от основного скопления машин. Не исключено, что ему придется уезжать отсюда в спешном порядке, и в этом случае ему не хотелось бы застрять в какой-нибудь пробке.

В субботнее утро, без четверти десять, передняя часть парковки была почти пуста. Не самая замечательная расстановка для человека, который пытается остаться незамеченным, но зато та часть стоянки, где оставляли машины на целый день и вообще на неделю, была заполнена чуть ли не под завязку – в основном это были машины приезжих, которые приезжали сюда на пароме, чтобы побродить денек на природе, подышать свежим воздухом, или просто порыбачить на выходные. Норман оставил свой «форд» между «Виннебаго» с номерами штата Юта и гигантским «Роад-Кингом РВ» из Массачусетса. Между этими двумя «гробами» «форд» был практически неразличим, и Нормана это вполне устраивало.

Он вылез из машины, достал с заднего сиденья кожаную куртку и надел ее. Из кармана он вытащил темные очки – конечно, не те, которые были на нем вчера, – и тоже надел их. Потом он подошел к багажнику, убедился, что на него никто не смотрит, открыл его, вынул коляску и разложил ее.