После этого наступил период, когда Розалине пришлось сидеть с ощущением беспокойства и бесполезности, пока судьи решали, кто доживет до следующего дня, а кого выбросят на кулинарную обочину. На этой неделе была некоторая неопределенность. Для начала, никто не сказал Марианне Вулверкот и Уилфреду Хани, чтобы они шли в жопу, поэтому было не явно понятно, кто отправится домой. Флориан был близок к этому, но после катастрофы с лече Розалина чувствовала, что также выделяется из общей массы.
Спустя вечность, хотя, вероятно, прошло не более часа, судьи вернулись, участников расставили полукругом судьбы, и Грейс Форсайт вышла вперед.
– Итак, мои маленькие кондитерские протеже, настало время для момента истины. И начнем мы, как всегда, с чествования достижений победителя этой недели. Это тот, чей пирог святого Клемента все еще в долгу перед нами, но чьи сладкие пирожки оказались усладой для глаз, а эффектные специи украсили шоу. Я говорю, конечно же, об Анвите.
Анвита изобразила удивление и радость. Она излучала такие искренние эмоции, что Розалине было трудно завидовать. Трудно, но не невозможно.
– А теперь, – продолжила Грейс Форсайт, как только реакцию сняли, – переходим к печальному моменту. Мы прощаемся с одним из наших доблестных пекарей. Этот человек принес в бальный зал радость и веселье, но, к сожалению, когда попытался привнести цвет, тот растаял и залил всю тарелку. Нам грустно терять тебя, Флориан, но, боюсь, ты дошел до конца своей радуги.
На этот раз объятия были более искренними. Несколько человек даже заплакали. А Розалина, вспомнив, как Флориан встал на ее защиту на прошлой неделе, не могла отделаться от ощущения, что теряет союзника, которого совершенно не заслуживала.
По маленькой милости жизни Эллисон была занята все выходные, что позволило Лорен взять на себя обязанность забирать Розалину. Она приехала, как и ожидала Розалина, с небольшим опозданием, но не такая уставшая и расстроенная, как могла бы. После короткого приветствия она открыла заднюю дверь машины, чтобы выпустить ракету в форме ребенка, которая врезалась в Розалину с силой, которую она должна была предугадать, но не предугадала.
– Скучала по тебе миллион раз. – Амели сияла, глядя на нее, но, если честно, не выглядела так, будто скучала сильно хоть раз. – У меня были прекрасные выходные с тетей Лорен, мы играли в игры, смотрели телевизор, делали сэндвичи и… – она бросила на Лорен заговорщицкий взгляд, – я всегда ложилась спать вовремя и ела очень полезную пищу.
Розалина, которая наклонилась, чтобы обнять дочь, и с облегчением вернулась в семью, где ей было место и где ощущала себя значимой, где только родители, а не вся нация, заставляли ее чувствовать себя неудачницей, вдруг нащупала что-то липкое.
– Это случайно не сэндвичи с
Амели кивнула.
– Мне досталось больше всех, – заметила Лорен, все еще опираясь на капот автомобиля. – Напомни в следующий раз надеть куртку подешевле.
– Отстирается.
– Мне придется ее сдать в
Сложив руки в насмешливом возмущении, Розалина улыбнулась.
– Ну, если ты так и будешь позволять ей играть с джемом…
– Я поддерживала ее творческое начало.
Прежде чем Розалина успела придумать подходящий грозный ответ, она услышала «здорово» с другого конца парковки. Они с Амели и Лорен повернулись и увидели Гарри, который шел к ним со спортивной сумкой, в которой, казалось, было гораздо больше… вещей, чем могло бы понадобиться любому разумному человеку на выходные в полностью благоустроенном отеле.
«Это он?» – торопливо спросила одними губами Лорен. Слово «он» в данном случае отражало больше одного слога, поскольку должно было передать: «Это тот самый парень, с которым ты ночевала на незнакомой ферме, которому соврала о Малави и с которым статус твоих отношений является хрестоматийным определением “все сложно”?» Розалина покачала головой так незаметно и ясно, насколько это возможно.
Быстро улыбнувшись Розалине, Гарри присел на корточки, чтобы оказаться на линии глаз Амели.
– Это твоя мама? – спросил он.
Амели подняла взгляд, ища одобрения, и Розалина сделала короткий жест «Все в порядке».
– Да, – гордо заявила Амели. – Ее покажут по телевидению, потому что она готовит лучшие торты.
– Я знаю, – сказал он с улыбкой. – Меня тоже будут с ней показывать.
Это, похоже, смутило Амели.
– Ты тоже печешь торты? По тебе не скажешь.
– Амели, – предупредила Розалина, – будь вежливой.
Гарри поднял голову.
– Все в порядке, я знаю, что она ничего плохого не имела в виду. С другой стороны, задавая вопросы, они учатся. – Он снова повернулся к Амели, не упуская ни секунды. – А на кого я похож?
– На футболиста. – Розалина видела, как Амели мысленно пробежалась по довольно короткому списку профессий, о которых знала. – На солдата. Пожарного. Ты, наверно, сильный, так что мог бы быть шахтером или викингом.
– Я собирался стать викингом, – объяснил Гарри, – но в центре занятости такой вакансии не было, поэтому я решил пойти в электрики.
Последовала долгая пауза, после которой Амели сказала.
– Попробуй как-нибудь зайти туда еще раз.
