— К тому же настолько привык убивать без особого разбора… Это неприятие Кодексов Разума тревожит! Как-никак, а они изначально гениальны и способны обеспечить равновесие в целом государстве, если бы мы ещё подпадали под них, считаясь разумными… Но когда-нибудь такое непременно должно произойти! — согласился Соул угрюмо.
— Я буду держать его рядом. Достаточно близко, чтобы вовремя рассмотреть начало атаки или перенаправить в дружеское русло, — пожал плечами Ланакэн, совершенно инстинктивно протерев лезвие, будто оно в крови. Жест заставил врачевателя нахмуриться и недовольно покрутить головой. Тот, кто прежде всегда воспринимался лишь миролюбивым земледельцем, тоже уже давно превратился в подлинный источник угрозы.
Воины небольшими группами покидали Убежище и рассыпались по окружающему пространству, чтобы собраться рядом с их целью. Осилзский всё-таки решился лететь туда, чтобы полноценно воспринять всё предстоящее событие (никто и не подозревает, насколько тяжко дался поступок). Пока григстаны будут защищаться от совершенно прямолинейной атаки, все оттоиры должны вывезти некоторое количество кромов. Враг не ожидает подобного от примитивных диких особей. И предрассудки «цивилизованного» общества как нельзя на руку. Силион предстоит возглавить крылатый отряд, а пока она везёт на оговоренное место своего спутника жизни, наслаждаясь несколько грубоватым из-за перегрузки перемещением в вышине. Громадные крылья то загребают воздух, то снова замирают, ловя очередной поток. Ланакэн терпеливо молчал весь полёт, но при посадке буквально плюхнулся на землю, торопясь покинуть спину ваммара. Упав на колени, беспомощно принялся ловить ртом воздух, борясь с тошнотой, перехватившей горло. Бледный и заметно дрожащий.
— Вам плохо, господин? — встревоженно наклонилась к нему Силион.
— Просто отлично, — прозвучало с горьким сарказмом, когда поднял лицо.
— Вы плохо переносите вертикальные перемещения? — разобралась женщина.
— У меня тоже есть слабости… Я всё-таки живой! — с огромным трудом удалось встать с земли на ещё подгибающиеся ноги. Слепящее чувство высоты постепенно пропадает.
— Но…
— Противник не будет спрашивать меня о моём самочувствии… Сейчас справлюсь! Сейчас! Как же вы все это делаете? — лихорадочно провёл ладонью по побелевшим губам. Зеленоватый оттенок кожи постепенно проходит, сменяясь нормальным цветом. Кисло улыбнулся и обнажил меч. Сделал несколько выпадов в воздух и констатировал:
— Смогу… не в лучшей форме, но… Я уже не обыкновенный крестьянин. Я руковожу остальными. И обязан держаться.
Бывшая наследница Руали с уважением кивнула и ласково погладила своего мохнатого зверя, фыркающего от недовольства, что рядом вооружённый посторонний. Маленькие глазки пристально ловят каждое движение мечника. Наконец Ланакэн не выдержал и подошёл к нему вплотную, поймал назойливый взгляд и насмешливо произнёс:
— Не нравлюсь? Ты мне тоже! Извини уж!
И легко рассмеялся, словно бы и не было только что опасной в данный момент слабости. Животное принюхалось и осторожно потянулось к нему. Осилзский и не думал отодвигаться или отворачиваться. Силион поражённо заметила: ваммар нервничает, но почему-то продолжает сокращать разделяющее их расстояние. Вмешиваться не стала, хотя и приготовилась броситься между ними, если что-то пойдёт не так.
— Иди сюда! Я всё-таки сегодня полагаюсь на тебя и твоих родственничков! Но летать мне как-то особо не хочется больше! Честно!
Прозвучало уравновешенно, словно бы общается с равным, а не с примитивным существом, не ушедшим далеко в своём уровне развития интеллекта. И врождённый ваммар внезапно ласково ткнулся ему в плечо, слегка потёрся, а затем вновь отпрянул, но недалеко — готовый принять нового всадника! Ждёт лишь распоряжения человека! Григстанка с трудом сглотнула и чуть слышно пробормотала:
— Но… Как?!
— А? Что-то не так? Что тебя удивляет? — обернулся спутник.
— Он приучен не подпускать никакого всадника, кроме меня, а Вы… Вы подчинили
— Не преувеличивай! Я и ваммар — несовместимые понятия изначально!
