Вскоре подтянулись и остальные. Осмотрев своё изрядно разросшееся воинство, отметил несколько наиболее слабых воинов и постарался разместить их, чтобы не оказались один на один с большим количеством противников. Не хочется терять тех, кто ещё и сражения-то не нюхал. Обернулся к приземляющимся рядом оттоирам и оценил степень их готовности. Дальше ждать нельзя. Помня окружающий рельеф, сам пошёл с края, где может встретиться максимальное количество соперников, ибо там рядом проходит ведущая в посёлок дорога. Привычно неспешно направляются к зданиям, стараясь успеть привлечь к себе максимум внимания. Бороться среди домов не стоит. Смысла попадать на жилые улицы вообще нет. Надо выманить их неспешностью на открытое пространство. Таким образом не окажутся втянуты в схватку мирные граждане. Обзор у предводителя должен открыться с его позиции отличный.
Защитники кромовых ферм их уже заждались. Среагировали едва ни сразу. Послышались крики и шум построения. Мелькнула мысль: там может быть и новый барон, но Ланакэн старательно загнал её в самые дальние уголки восприятия, стараясь сосредоточиться на нынешнем предприятии. И вот, от крайних построек отделились первые вооружённые фигуры. Их обнаружил много больше, чем ожидалось. Однако и атакует уже не четыре десятка под началом Аюту. И тут стало очевидно, на чём именно основана защита.
Шоу остолбенел. Происходящее перед ними, выглядит полным абсурдом! Григстаны торопливо перестраивают ряды и собираются нападать острым клином, который… должен отрезать Осилзского, расположенного на правом фланге, от большей части его бойцов. При таком варианте сама ферма полностью открыта! Невозможно! Кромов преподносят словно бы в дар. Целью зеленоглазых стал один единственный человек! Соул хрипло выдавил:
— Они хотят нас обезглавить?.. Но не слишком ли неразумна цена? Почему они действуют столь кардинально?..
Вспомнилось: в прошлый раз, хоть и не столь явно, тоже была попытка совершить нечто аналогичное. Сегодня тактика совершенно очевидна. И ещё… На острие вражеского клина по чистейшей случайности стоит один-единственный соратник. Впервые пошедший с ними Гаур.
Поначалу Тин решил, будто сходит с ума. Ибо большинство соперников словно бы сосредоточилось на нём. Как так получается — не укладывается в уме. С трудом сглотнув, постарался взять себя в руки и оценить свои шансы. Их попросту не остаётся. Ноги рефлекторно отступили на шаг. Следует сойти с пути живой лавины. Однако… На губах растянулась едкая усмешка. Видимо, предстоит его последнее сражение. Первое и последнее в рядах Сопротивления. Обнажив саблю, хрипло рассмеялся, а затем умолк, ступая им навстречу, подумал и с громким криком бросился в бой. Выкинув из ума надежды и опасения, отдался полностью удовлетворению собственного желания убивать чудовищ.
— Он — покойник. В первом же бою… Надо же так… И почему не ушёл в сторону? — чуть слышно проронил Нгдаси.
— Надо постараться успеть к Осилзскому, пока хоть чуток собьются об это единственное препятствие! — озвучил неожиданно Риул, и они побежали вверх по склону холма. Где-то на середине пути картограф догадался: дальше оба не смогут следовать вместе. Единственный воин не в силах сдержать больше сотни нападающих, конечно же. Правда, большинство их нацелены будут на то, чтобы задержать находящихся по другую сторону образующегося постепенно полукольца людей. Но, тем не менее… Шоу молча развернулся навстречу им, обречённо принимая свою возможность погибнуть в абсолютно неравной схватке. Короткий одноручный меч вспорол воздух с едва различимым голодным гулом, стремясь добраться до своей мишени поскорее.
Осилзский заметил всё и осмотрелся в поисках наиболее удобной позиции. Решил «обосноваться» на вершине холма. Вспомнил недавние рассуждения и с тоской взмолился, чтобы Силион не сдержала угрозы самоубийства после его гибели. Что ж… Осознал: лучше бы оставаться уверенным в собственной ненужности, чем ведать сейчас такое. Цель Сопротивления нынче осуществится, но вот предводитель вернуться отсюда уже явно не сумеет, если только не свершится чудо! С печалью обратил внимание: столь неприятный ему новичок, по нелепому стечению обстоятельств, разделит плачевную участь. Вот и окончится их намечающееся противостояние. Соул и Шоу тоже в неподходящем месте, так же, как и ещё несколько соратников. Имён некоторых память не сохранила. Рука уже полностью восстановилась, правда… Под обрушившимся чудовищным шквалом нападающих, мозг отыскал в прожитом опыте необходимое знание, оставляющее лишь холодный просчёт. Даже не ощутил отключение чувств и лишних колебаний рефлексии. Не рассудок управляет боевым трансом, а состояние механического истребления личностью, словно бы ставшей исключительно автоматом. Очередной удар вбивает лишь глубже в это состояние. Уже не рубит и режет, а разрушает всё движущееся вокруг, стирая в кровавую грязь. Скользит между воинами, словно бы слившись с собственным оружием в нечто единое, хищное, голодное.
