— Ты должна научиться считаться со своим положением здесь! Раз и навсегда! Я не… Не хочу, чтобы мне пришлось выполнять своё обещание! — поколебался, потом не удержался и крепко прижал её к груди, мысленно ругая себя за непозволительную слабость. Кто-то окликнул, намереваясь войти, отчего по всему телу пробежала волной дрожь. Соул… Что скажет наедине? При всех поддержал проект, но… Одно дело поддержать возможные перспективы спасения всех, а другое… посмотреть в лицо реальности: ослабленному контролю над григстанкой — угроза ведь очевидна! Из груди вырвался хриплый вздох.
Ланакэн вышел навстречу, вместо того, чтобы предложить войти, словно бы стараясь отсрочить встречу товарища и Силион, облик которой может напомнить о чреватости потакания излишне самостоятельной девчонке. Осилзский был слишком бледен и заметно выжидал. В первый момент Нгдаси растерялся, обнаружив перед собой не завуалированный ничем страх. Цель собственного визита напрочь вылетела из ума. Растерянно пялился на старого союзника. И наконец понял, чего напряжённо боится увязший в межвидовых предубеждениях лучший ученик Шамула.
— Ты… Думаешь, будто я прибыл напомнить тебе о… данном тобою слове убить Силион, если станет опасной и неуправляемой? — озвучил собственное подозрение и натолкнулся на то, что стоящий перед ним никак не находит нужных аргументов для защиты своей женщины, сколько лихорадочно ни старается подобрать, уже впадая в откровенную панику. Будто окаменел. Только по виску соскользнула капелька пота, выдавая судорожную работу мозга.
— Я не за сим пришёл. Хотя, конечно, тебе бы стоило лучше контролировать григстанку, но… Она права. Права настолько, что мне нечего возразить. И… не тот случай, когда стоило бы настаивать на выполнении твоего обещания. Не беспокойся! — попытка мягкого обращения вызвала несмелую, буквально заискивающую улыбку, столь не похожую на поведение гордого от природы фермерского беглеца. Наследник Шамула невольно провёл ладонью по ставшему влажным лбу, в горле что-то мешает, дыхание заметно срывается. Откинулся спиной на стену и постарался взять себя в руки.
— Прости, не ожидал, что ты так к этому отнёсся. Иначе раньше бы объяснил собственную позицию, — в интонации лекаря проскользнули нотки сожаления и сочувствия. При всех бывший земледелец держался сурово и рассудительно, не выдавая настроения, искренне считая себя загнанным в ловушку. Они все пришли к согласию. Остаётся договориться о встрече с Сиото. И робкая надежда на возможность альтернативного вымиранию пути подарена никем иным — подозрительной во всех отношения иноплеменницей. Приходится брать в расчёт, смиряясь с её участием в данном «мероприятии».
— Я даже забыл, зачем сюда пришёл… Ну и реакция у тебя теперь на меня! Вспомню — вернусь, — вяло бросил товарищ, спеша удалиться. Неприятно наблюдать друга в глубоком смятении, захотелось дать возможность оклематься.
Когда Ланакэн вернулся, его усталый голос придушенно прозвучал в тишине:
— Что же ты делаешь со мною?!
— Я…
— Нет. Рассказывай. Рассказывай всё, о чём я не в курсе. И что мне ещё необходимо узнать о предстоящем. И я очень надеюсь: на сей раз тайн и подпольных игр у меня за спиной нет. Или я всё-таки выполню своё слово. И напоминать мне будет не обязательно. Завтра мы собираем Совет Старейшин. Их слово — окончательное. Пока все согласились на объединение с Косимоном.
Понуро сел в угол и приготовился слушать.
Этой ночью его мучили новые кошмары. Имя Далианы не слетало с губ вместе с криком, сменившись именем лежавшей рядом малышки. Она всё успокаивала и ласкала, стараясь помочь расслабиться. Однако заснуть спокойно сумел лишь к утру.
Огонь факелов рассыпается фейерверком по кристаллам на потолке, развеивая сумрак. Большой костёр в центре порядочно чадит, заполняя пространство приятным ароматом горелой древесины вместе с дымом. Сюда пошли все, включая даже бывшую наследницу баронского титула. Новость застала, судя по всему, врасплох не ожидавших столь крутого поворота событий стариков. Они то взрывались шумным ворчанием, то вновь погружались в раздумья, пользуясь возможностью, пока не прибудет запаздывающий Лун. Тиасуд не удержался от колкого замечания насчёт образа жизни нового предводителя, слишком напоминающего григстанский уклад. Явно сквозил намёк на неприличное сожительство с иноплеменницей. Она позволила себе смутиться под его язвительностью, но упрямый древний дед настырно хохотнул:
— Не старайся выглядеть более задетой, чем то есть. У вашего народа так принято, и твоей вины я не наблюдаю. Однако вот здесь ничем не прикрытая близость ваших отношений — лишь бесстыжий пример для молодёжи. Я не собираюсь скрывать перед малолеткой собственного отношения. Имею право на порицание в силу возраста!
Силион согласно поклонилась. Кроме стоящего рядом Шоу никто не приметил: её губы предательски задрожали, когда не было видно лица. Ланакэн постарался поскорее избавить маленькую любовницу от лишних попрёков и попросил удалить девушку из зала. С его мнением согласилось большинство.
