Подзорная труба была направлена на корабль, на корме которого стояла её величество. Ничего уже не скрывало её доспехов. И ожерелья поверх нагрудной пластины. Ренерель словно грела его, прикрыв ладонью. Королева ждала. И понимая это, лорд Карсио всё больше нервничал. Почему-то сейчас вспоминались ни оскорбления в адрес её величества со стороны канцлера, а то восхищение, что вызывала эта женщина у Колина Д’Арвиньи.
Флагман на полном ходу вошёл в узкое пространство между двумя оставленными кораблями.
Резкий толчок ощутили все, от носа до кармы. Под водой корабли соединялись цепями и канатами, пропущенными через отверстия для вëсел. Издалека их было почти не видно. Зато сейчас посланцы короля могли лично видеть спускающиеся по бортам под воду верёвки. При этом от удара, более лёгкие рыбацкие суда притянулись ближе, зажав флагман, которому полные паруса не давали возможности отойти назад.
Вдобавок, спешащие вслед за флагманом другие суда, точно так же поставившие дополнительные паруса, не могли остановиться, так как время для замедления было упущено. И они врезались уже второй и даже третьей линией.
А лорд Карсио наблюдал, как по приказу королевы сняли чехлы со стоящих на корме и вдоль бортов баллист. Но вместо камней в сторону корабельной пробки полетели гарпуны с намотанной и подожжёной паклей.
Многие обратили внимание, что летят эти своеобразные факелы на северные корабли.
— Смола! Смола и солома! — рассмотрел лорд Карсио. — Они просмолили корабли и заложили соломой!
— Королева что, пытается устроить пожар в открытом море? Среди ледяной воды? — не верил собственным словам Де Стрез.
— Патается? — издевательски переспросил Карсио. — Готовьте шлюпки! Этой выходкой королева лишила нас больше десятка кораблей. Но пусть это останется её единственной удачей в этом бою!
Лорд пытался сказать ещё что-то, но сильный удар так тряхнул корабль, что многие, в том числе и лорд, просто попадали.
Гарпуны с рогнарских кораблей били точно в цель.
— Пробой! Вода! В трюме вода! — заорали сразу несколько голосов.
Лорд и офицеры поспешили к шлюпкам, спасаясь с тонущего флагмана. Их примеру последовали далеко не все. Шардон Мерделье быстро торопливо шёл к расположению корабельных команд.
— Оливер! — увидел он того, кого искал. — Ты говорил, что её величество изволит рыбачить. А по мне, так она прикармливает место для ловли на следующий год!
— И что? Она в гости никого не звала. А тут такой толпой, да к знатной даме! — засмеялся Оливер.
— Корабль вот-вот пойдёт ко дну, ты собираешься подумать о своём спасении? — не стал веселиться офицер. Пойдём, займём шлюпку.
— Видишь ли, Шардон, мы с ребятами всё обсудили и пришли в выводу, что наш срок службы королю истёк. — Внимательно смотрел на подопечного моряк. — Если уж сдохнуть, так хоть на той стороне, где это оценят.
— При выборе между службой королю и службой королеве, честь дворянина и мужчины требует встать на защиту того, кто слаб и притесняем, — вздохнул Мерделье. — Но почему-то кажется, что слабый тут король.
— Просто он южанин, — хмыкнул подошедший нордхардец. — Куда ему против воли и духа Севера? А у королевы всё это есть. Но не помешали бы и надёжные руки.
Чуть позже, пользуясь густым дымом от горящих кораблей, в сторону рогнарских судов проплыло четыре шлюпки с абордажными командами. Одна из них задержалась, свернув к одному из рыбацких кораблей, удерживающих затор.
Уже бывший командующий флагманом держался на плаву, уцепившись за канат.
— Командующий Варен Лепрез, вроде не время для купания. Как водичка? — хохотнул Оливер, протягивая руку.
— Мы с моим братом Винсентом вплавь пересекали залив Йерда, — сказал отфыркиваясь командующий. — Так что хорошая водичка. Как раз, чтобы окунуться!
— А брат Винсент, это случайно не тот Винсент, что командует флотом Нордхарда? — поинтересовался Мерделье.
— Других братьев Винсентов у меня нет, — пожал плечами командующий.
— А это что? — обратил внимание на грохот и треск кто-то в шлюпке.
— А как ещё пройти вперёд? Только окончательно затопив все повреждённые корабли, — объяснил Варен. — Вот только на это будет истрачено весьма приличное количество боеприпасов, пополнить которые здесь негде. Королева кажется предпочитает, чтобы её враги побеждали себя сами!
Королева наблюдала как на борт соседнего корабля поднимались выходцы с севера, что служили на флоте Лангории.
— Первые ласточки, — подошёл к ней Руперт Датсон. — Скоро под вашу руку будут проситься не несколько десятков, а сразу сотнями.
— Возможно, Руперт, возможно. Вот только ценность тех, кто вспомнил о севере в тот момент, когда его судьба весит на волоске и бросил устроенную жизнь, чтобы встать рядом с нами, никогда не сравнится с ценностью тех, кто вспомнит о своих корнях, желая пристроиться к победителям, — вздохнула её величество.