Королева осматривала место побоища. Ещё утром чистая гладь морской воды сейчас казалось потемнела от пролитой крови. Дымились остовы подожжённых кораблей, ещё держащихся на плаву, волны перекидывали обломки. И зловещим знаменем поражения пузырились скомканные и намокшие паруса.
— Жаль, что здесь оживлённое место, — вздохнул рядом с королевой Руперт Датсон, втирая в кожу ладоней жир.
Стоять у штурвала корабля в такие моменты, задача не из лёгких. И даже бывалые моряки стирали кожу до крови, если не считали нужным следить, чтобы она не пересыхала.
— Почему? Обломки будут мешать? — уточнила королева.
— И это тоже. Но главное, сюда приплывëт много хищной рыбы. Было бы потише, на следующий сезон было бы ещё одно место для лова. А так, здесь пересекаются несколько судоходных путей. Такой, морской перекрёсток. Рыба такие места не любит, — пожал плечами прагматичный рыболов.
— Перекрёсток? Правда? — скривились в ироничной улыбке губы королевы.
« — Ещё одна жертва Владычице путей,» — мысленно произнесла королева.
Корабли Нордхарда и Рогнарских рыболовов вставали на рейд, к берегу спешили спускаемые на воду шлюпки. Моряки спешили на сушу. Ближайшие несколько дней Север будет праздновать победу. Тяжёлую, с куда более сильным противником, смешанную с горечью дыма и солью слëз о тех, кто заплатил за эту победу самую высокую цену, но разделить радость от неё уже не сможет.
Но тем ярче будет праздник, тем богаче будут столы и увереннее будут подниматься заздравные чаши.
Оставались ещё дежурные корабли, охраняющие вход на морской северный путь. Сменяли друг друга команды у выставленных на берегах баллист и требушетов. А вскоре по замыслу королевы, туда отправятся корабли, везущие камень и вымоченное в болотных водах дерево. Самый пик когтя мыса Претаган и каменистый язык за морскими зубами должны были обзавестись сторожевыми башнями, способными залпами с укрытых галерей топить приближающиеся корабли.
Север отрастил клыки и когти и не собирался их скрывать.
Не смотря на позднее время, сходивших на берег бойцов встречала огромная толпа. Яркие фонари, крики и десятки цветов, собранных из узких лент, летели со всех сторон в победителей. Замок не мог вместить всех желающих, поэтому столы ставились прямо на площади, вились вдоль центральной улицы.
Стояли бочки с вином, элем и мёдом. Напитки были на любой вкус. Ничьи руки не оставались без хлебной тарелки с горячим мясом или рыбой поверх неё и без кружки, полной холодного или горячего напитка. Отовсюду была слышна незатейливая музыка. Простая мелодия повторялась без конца, а танец начинался и заканчивался исключительно по решению танцующего.
В самом же замке происходили не менее важные и торжественные мероприятия. Её величество официально принимала союзников. Под бой барабанов и вой длинных труб шли по мрамору знаменосцы королевы. С нескрываемой гордостью они несли новые знамёна Рогнарйсленда, появление которых на поле боя уже окрестили дурным предзнаменованием врагам. Королева не скрывала счастливой улыбки. И даже синее-серебряные цвета её платья, сшитого когда-то для погребения, никого не смущали.
Королева Севера, как стали называть Ренерель Рогнарскую в народе, по праву носила цвета самого Севера.
Мастера постарались на славу. Белый мрамор пола и стен сверкал, словно снежный наст в зимний полдень. Многочисленные арки потолка из лазурита напоминали штормовое море, что омывало острова Рогнарйсленда со всех сторон. И только дорожка от двери к подножью трона и само ступенчатое подножье были выполнены из местного серо-зеленовато-голубого камня, так похожего на кусок льда.
Со стороны казалось, что её величество идёт по зеркально гладкому льду.
Обивка скамей для посетителей тронного зала Рогнарского замка, трона и многочисленные шпалеры были из синего и голубого бархата. Весь зал казался настоящим ледяным сердцем Севера.
Поднявшись к трону, её величество поприветствовала всех присутствующих торжественным глубоким реверансом, показывая своё уважение к собравшимся и их ценность в глазах королевы.
Внимательные взгляды потеплели. Этот жест её величества оценили по достоинству. Но едва её величество заняла место на троне, церемонию нарушило появление ещё одного участника.
Дикий белый волк, заметно набравший в весе и отмывшийся, гордо шествовал по торжественному маршу к трону, не обращая внимания на столпившихся вокруг людей.
На предпоследней ступеньке к трону он растянулся, заняв всю левую сторону.
Её величество рассмеялась, жестом остановив нескольких северян, решивших, что столь близкое соседство с диким зверем опасно доя королевы. Под снисходительным взглядом волка они отступили.
— Ваше величество, — вышел вперёд коренастый и широкоплечий командир с Железных островов. — Мы тут выловили у берега тряпки, может сгодятся на что?