– «Эксплуататорши…» – успокаиваясь, вновь вздохнула я. Селестия держала меня крепко, и прежде, чем начать свой рассказ, я повозилась у нее в копытах, постаравшись устроиться немного поудобнее – «Л-ладно…Но только чур, больше не щекотать!».
Падение в темноту длилось долго, и оказалось скрашено многочисленными поворотами и уступами. Меня крутило, словно щепку в водовороте, и вскоре, я уже не орала, а лишь тихо вскрикивала, раз за разом ударяясь о дерево или камень, о стену или распорку, катясь по крутому спуску куда-то вниз, в беспросветной темноте. Несколько раз перед моими глазами проносились цветные пятна, но что это было – свет или просто искры из глаз от очередного удара, сказать я не могла, да и не задумывалась над этим. Но наконец, падение превратилось в полет. Открыв глаза, я извернулась – и вновь закричала от страха, видя перед собой стены громадного пролома, словно трещина, уходящего куда-то во тьму. Многочисленные лучи света отражались от больших, круглых штуковин, установленных на пролетающих мимо меня помостах, выходящих из темноты свистящих мимо коридоров, словно черные жерла, взирающих на пролетающее мимо тело. И голоса – сотни голосов, дико кричащих, зовущих, шепчущих и рыдающих, вплетались в шум ветра, свистящего в моих ушах. Я попробовала было раскинуть крылья, но первая же веревка, попавшаяся на моем пути, отправила меня кувырком прямо в стену провала, пребольно приложив головой о деранувшую мой висок, словно наждачка, шершавую скалу, швырнув, словно тряпку, в какой-то темный и узкий проход.
Отчаянно замотав головой, я попыталась было отползти в сторону, зажимая уши от щебета и яростного крика, ударивших в мои уши, но быстро уперлась головой во что-то жесткое и очень холодное, напоминающее стену пещеры. Мерцающие звезды бешено крутились в моих глазах, и прошло еще немало времени, прежде чем головокружение и рвота, наконец, выпустили меня из своих цепких когтей, но стоило лишь мне пошевелиться, как я вновь рухнула на холодный каменный пол, схватившись за стрельнувший острой болью правый бок.
– «Охххх…» – только и прохрипела я, щупая копытом ноющие ребра. Похоже, падение не прошло для меня даром, и лишь спустя какое-то время я смогла подняться на ноги, не слишком страшно гримасничая от боли в правом боку. Левое крыло приподнялось и застыло, очень неудобно вывернутое где-то в районе спины, и любая моя попытка напрячь его отзывалась глухой, ноющей болью, разливавшейся по крыльям и спине –
Пространство вокруг меня оказалось тоннелем, в который выкатилась моя тушка через безобразный пролом в стене, ощетинившийся каменными клыками торчащих камней. Было удивительно, почему я не оставила на них большую часть своей шкуры, но при первом же глубоком вздохе кольнувшая ребра боль ненавязчиво намекнула мне, что есть вещи и посерьезнее, чем повреждения кожи и мышц. Темные стены, уходящие куда-то вдаль, были тускло освещены множеством кристаллов, словно елочные гирлянды, выглядывавших из стен, пола и потолка этого тоннеля, начинавшегося плоской стеной, украшенной извергнувшей меня трещиной. Голубоватый свет не мог полностью разогнать царившую в этом месте темноту, но по крайней мере, у меня появился хоть какой-то, пускай и призрачный шанс не свернуть себе шею, упав в незамеченную в темноте расщелину. Нужно только оторвать хотя бы один…».
