– «Я понимаю» – кивнула головой Селестия, обмениваясь с Луной странными взглядами – «Тогда, думаю, я распоряжусь подготовить указ о соответствующих наградных для Легиона – таких же, как у моих гвардейцев».
– «Спасибо. Пусть порадуются ребята».
– «Ты ничего не попросила для себя» – заметила Луна, оглядываясь через плечо на темные тучи, скрывшие диск ночного светила в своих разбухших от дождя недрах – «Почему? Если верить докладу командующего походом Винда, они обязаны тебе жизнями за то, что ты смогла вовремя распознать грифонью ловушку, да еще и одолеть их командующего, хотя в припадке скромности всячески это отрицала. Неужели тебе ничего не нужно?».
– «Даже зная, кто я, вы приютили меня, и даже доверяете мне… Во многом, скажем так. Так чего мне требовать еще?» – гордо начала я, но быстро стушевалась под внимательными взглядами принцесс – «Ну да, мы молодая семья, и у нас есть определенные трудности, признаю… Но мы с этим боремся! Графит, вон, стал каким-то ликтором у тебя, Луна, да и я понемногу откладываю, когда это получается. В Понивилле, опять же, налоги довольно низкие… Или вы ждете, что я буду выпрашивать биты на новые тряпки для себя или мужа?».
– «Да, ты не из таких» – подумав, кивнула головой принцесса – «Ты не станешь тратить себя на балы, светские развлечения или собственные нужды, если у тебя в копытах копье, а неподалеку бродит монстр-пониед. Но благодаря приложенным всеми нами усилиям, этот прискорбный конфликт, наконец, разрешился. Грифоны понесли сразу два тяжелых поражения, и теперь готовы выплатить любые репарации[196], лишь бы сохранить свои Королевства, трещащие по швам. У нас будет еще много работы, но теперь, я приказываю тебе – отдыхай. Ты сделала больше, чем могла позволить себе в твоем положении, и я думаю, что тебе не повредит небольшой отдых… И маленький урок. Ведь ты согласна с тем, что достойна не одной лишь похвалы, правда?».
– «После озвученной альтернативы… С этим трудно не согласиться» – буркнула я, понимая, в какую ловушку я вляпалась. Но увы, принцессы были правы – нельзя было так нагло и демонстративно плевать на волю богинь – «Но я хотя бы могу надеяться на снисхождение?».
– «Ни в коем случае!» – весело громыхнула Луна, шутливо хлопая меня по крупу – «Теперь ты вся моя, и тебя не спасет даже твой муженек, поднаторевший на моей службе в мелком крючкотворстве. Отдыхай и набирайся сил, а когда достойные лекари решат, что ты не нуждаешься в их опеке, тебе вручат инструкции, которым следовать ты будешь непреложно! Понятны ли тебе мои слова?».
– «Склоняю выю пред вами, богини» – нехотя проворчала я дежурную фразу, и в самом деле, даже попытавшись изобразить куртуазный поклон, но уткнулась носом в жесткую, как губка, пористую поверхность матраца – «Все будет исполнено, Госпожа. Но…».
– «Но?» – вскинула брови Луна – «Ужель ты вновь решила оспорить двух повелительниц единое решенье?».
– «Но будет ли мне позволено получить обратно хотя бы одеяло?» – как можно жалобнее проблеяла я, под действием морозного раствора, вновь начиная коченеть, как сосулька – «Пожааааааалуйста! Пуппижалуйста! Хнык-хнык!».
– «Да, сердиться на нее и вправду очень сложно» – улыбнулась Селестия, направляясь к выходу – «Пойдем, сестра, пока эти черные глаза и дрожащая нижняя губа не смягчили нас настолько, что вместе с подушкой, мы отдали бы ей и весь Кантерлот в придачу. Поправляйся, Скраппи. Мы будем следить за тобой. И кстати – я думаю, ты захочешь это сохранить».
– «Что это?» – с недоумением спросила я, вертя в копытах маленькую записку, но принцессы уже покинули палату, оставив меня в полном недоумении. Кажется, это было приложение к чьему-то свитку – на мятой поверхности его сохранились даже следы сургуча и испачкавшейся об него веревочки.
