– «Эх, тебя бы к нам на месяцок – и вернувшись, ты бы навел тут порядок» – иронично хмыкнула я, не устояв перед возможностью подколоть своего «конкурента». Дневная и Ночная Стражи, с самого момента возрождения последней, радостно грызлись друг с другом, найдя, наконец, точку приложения своих нерастраченных на скучных дежурствах сил, хотя и та, и другая не обошли стороной возможность попробовать на прочность и Легион. Это вылилось в несколько хороших мордобоев, в которых мои ребятки победили и тех, и других, но как-то неуверенно, по очкам, и если на пяток золотобронных ребят хватило двух-трех легионеров, то последний их спор с фестралами вылился в форменный мордобой, вряд ли закончившийся чем-либо хорошим для легионеров Второй кентурии, если бы не подоспевшие к бару патрули. Я долго ярилась, и строго-настрого запретила своим подчиненным задевать мышекрылых пони, а на любую попытку провокации – вежливо посылать их прямо ко мне. Но тут я просто не удержалась – «Ладно, не злись. Я просто в недоумении от того, что тут происходит, да еще эти странные чудовища в одной из комнат…».
– «Найтмэр Мун возвращается, Скраппи» – оглянувшись, ответил мне земнопони, мгновенно прикрывая копытом мой рот, уже готовый открыться для громкого, гомерического хохота – «Открой глаза, примипил! Не видишь, что тут происходит?».
– «Я бы предположила, что вы намереваетесь устроить хар-рошую групповушку, а “Найтмер Мун” – всего лишь предлог. Но ты собираешься начать убеждать меня, что “все это не так”, что “все не так, как выглядит”, и ты “можешь все это объяснить”, да?».
– «Ты вновь чего-то хлебнула, да?» – с подозрением уставился на меня капитан, глубоко втягивая воздух раздувшимися от гнева ноздрями – «Знаешь, ты нравилась мне больше, когда была тихой, спокойной…».
– «Отупевшей…» – любезно подсказала я жеребцу, разглядывая трясущихся представителей кантерлотской богемы – «Знаешь, ты мне тоже нравился голым больше, чем в этом железе!».
– «Не смей бросать на мою репутацию неоправданную тень!» – заводясь, зашипел капитан, бросая свирепые взгляды на своих подчиненных, несмотря на царившую вокруг обстановку, непритворно заинтересовавшихся кое-какими подробностями нашего разговора – «О, богиня! Теперь я понимаю, почему бывший капитан Армор уехал отсюда на край света, лишь бы не встречаться с тобой!».
– «Однажды я узнаю его адрес, и достану его и там!» – осклабилась я, задетая за живое столь бесцеремонными намеками в мой адрес – «Найтмер Мун им привиделась, видите ли! Ну и hren бы с вами! Вот пойду, найду Госпожу – она покажет этой вашей “Найтмер Мун”, ясно? А ну, прочь с дороги!».
– «Пропустите ее» – обреченно махнул копытом капитан. Повинуясь его жесту, пятеро гвардейцев соскочили с подпиравшего дверь дивана, выпуская меня в темноту пустого коридора дворца – «Но учти, обратно я тебя не пущу, слышишь? Мы дождемся принцессы Селестии, и…».
– «Дождутся они принцессы, х-ха!» – сердито бурчала я, вышагивая по коридорам и анфиладам дворца, погруженного во мрак лунной ночи. Ветер за окном утих, и теперь лишь стук моих копыт, да раздававшиеся вдалеке вскрики нарушали покой спящего замка. Луна все так же светила в окна дворца, и вскоре, я поняла, что вновь попала в «старую» часть замка, остановившись перед большой статуей, за которой когда-то пряталась, подслушав разговор Графита и Медоу – «Странно. А где же воины Госпожи? Мне казалось, тут должна дежурить, по меньшей мере, сотня фестралов…».
Тишина. Лишь скрип колышущейся на сквозняке двери. Холодный ветер хлестнул меня по ногам, когда, открыв дверь, я зашла в показавшиеся мне знакомыми покои.
Подняв глаза от разложенных под зеркалом расчесок, я дернулась было, чтобы уйти… Но мгновенно остолбенела. За моим плечом, из темноты, возникли огромные, прищуренные глаза! Поднимаясь все выше и выше, они повисли надо мной, рассматривая, словно забавное насекомое, случайно севшее на стекло – не двигаясь, и даже не моргая.
– «М-медоу?» – робко поинтересовалась я, изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал сухо и деловито, как и положено любому уважающему себя офицеру, но вместо этого, из меня вырвался тихий, испуганный всхлип – «Это ты?».
