Киран осмотрел девушку с головы до ног, и строгость на его лице сменилась выражением озабоченности. Наконец взгляд принца остановился на ее торсе.
– Чья это кровь?
– Моя собственная, – ответила она, понизив голос до шепота. Теперь, когда главное напряжение прошло, Зейлан дрожала всем телом. Больше всего ей хотелось завернуться в большое одеяло перед камином, с чашкой горячего чая в руках.
– Что случилось? – Голос Кирана звучал сдавленно, словно он сдерживался, чтобы не разозлиться.
– Я не уверена, – призналась Зейлан. Двое надзирателей набросились на нее. Произошла схватка. Она была повержена и – умерла. Зейлан помнила его, чувствовала его – свой последний вздох. Тем не менее сейчас она стояла здесь. Это не имело смысла.
Киран шагнул к ней.
– И все-таки расскажи мне.
Киран молча смотрел на нее, и синева его глаз была непостижимой. Хранительница чувствовала себя под этим взглядом неуютно. Ей казалось, что принц видит в ней больше, чем она хотела бы раскрыть на самом деле.
– Двое твоих гвардейцев напали на меня. Они пришли в мою камеру и пронзили меня мечом.
– Что? – зарычал Киран. Выражение ужаса растеклось по его лицу, как лесной пожар. – Ты убила их?
Так вот о чем он думал! Киран беспокоился, не потерял ли он кого-нибудь из своих драгоценных гвардейцев.
– Не волнуйся, я не убила их. Все остроухие живы и здоровы, – произнесла Зейлан и хотела пройти мимо Кирана в гардеробную, которая сама по себе была больше, чем хижина, в которой девушка выросла.
Но Киран схватил ее за руку и удержал. Принц опустил голову так, что его губы оказались рядом с ухом девушки.
– Мне жаль, что ты не убила их.
Зейлан взглянула на него. Глаза его потемнели, и что-то звериное мелькнуло в его взгляде. Тем не менее страха девушка не почувствовала.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду то, что говорю. Они заслужили смерть от твоей руки, – ответил Киран, и сухожилия на его шее натянулись. – Кто это был?
– Разве это важно?
– Я бы не хотел казнить не тех фейри.
Зейлан покачала головой.
– Ты не можешь этого сделать.
– Почему не могу?
– Если ты накажешь их, они узнают, что ты разговаривал со мной, и это только вызовет вопросы, – ответила Зейлан, хотя в этот момент ей вряд ли хотелось чего-то большего, чем смерть этих двух Неблагих.
Киран сжал губы, словно пытаясь удержать себя от того, чтобы сказать еще что-то. Потом он вдруг отпустил ее.
– Ты права, но я не допущу, чтобы с тобой еще раз случилось что-то подобное.
Прежде чем Зейлан успела что-либо ответить, Киран повернулся к ней спиной и подошел к одному из шкафов. В его движениях сквозила изящная элегантность, которую она уже замечала на Свободной земле. Остановившись перед одной из полок, он начал вытаскивать оттуда один предмет одежды за другим.
С ворохом вещей в руках принц повернулся к Зейлан.
– Эти вещи будут слишком велики тебе, но зато они не испачканы кровью. Там, позади, ты можешь переодеться.
Принц прошел вперед и на ходу коснулся одной из стеклянных сфер, которыми был освещен замок. При этом кончик его пальца нарисовал треугольник, красовавшийся на его груди, и магический огонь ожил. Они остановились перед какой-то нишей, завешенной тканью. Киран поднял занавеску гардероба, пропуская Зейлан.
Она пробормотала слова благодарности и вошла. Небольшое помещение было оборудовано табуретом и зеркалом, занимавшим всю стену. Но, увидев в нем свое отражение, Зейлан предпочла отвернуться. Девушка знала, ее вид в теперешнем состоянии оставляет желать лучшего, но то, что она увидела в зеркале, превзошло ее худшие ожидания. Кровь просочилась в волосы Хранительницы, застыв в голове коричневой коркой. Затвердевшие пряди спадали ей на лоб. По бледному лицу девушки тянулись коричневые полосы. Поношенная одежда была изодрана в клочья.
В последний раз Зейлан проверила занавеску, прежде чем снять свои лохмотья. Хранительница не только видела, что грязь облепила все ее тело, но и могла явственно ощущать ее запах. Одевать чистую одежду было попросту расточительством! Но у нее не оставалось другого выбора. Киран протянул ей брюки из темной ткани с такими широкими штанинами, что казалось, будто на девушке надета юбка. Затем принц подал ей темную рубашку, которая оказалось настолько большой, что Зейлан пришлось завязать ее концы, чтобы длина не мешала ей в возможном бою.
– Каков твой план? – спросил Киран из-за занавески, как будто говорить с пленницей о ее побеге было для него совершенно естественно.
Хранительница отодвинула занавеску и шагнула ему навстречу.
– У меня нет плана. Я просто хотела оказаться в безопасности.
Киран устроился на табурете. Его рубашка по-прежнему была расстегнута, и только сейчас Зейлан поняла, что он тоже выглядит совершенно изможденным. Чему она, собственно, и не удивлялась, ведь полночь давно миновала. И это вызвало вопрос, что вообще он делал здесь.
– Мы должны вытащить тебя отсюда.
Зейлан нахмурилась.
– Мы? Ты и я? Вместе?
– Да, или ты думаешь, что сможешь выбраться из дворца без моей помощи?
