Один из спутников Кирана кашлянул. Капли замерли в воздухе на мгновение, а потом упали обратно в проток. Фейри с коротко стриженными волосами моментально вскочила на ноги и расправила плечи, словно ничего не произошло. Правда, в некоторых местах на ее мундире остались складки, которые не могли так быстро разгладиться.
– Ваше Высочество, – произнесла фейри сдавленным голосом, в котором Киран услышал страх. Словно она боялась последствий, к которым могла привести такая небрежность.
После всего, что случилось с гвардией и ее членами за последнее время, Киран не мог ее винить. Принц улыбнулся в попытке вернуть Неблагой его уверенность, но лицо гвардейца по-прежнему выражало испуг. Он ненавидел то, что фейри не доверяли ему. Если бы король Неван одарил эту фейри улыбкой, все заботы, наверное, исчезли бы с лица гвардейца, потому что в его улыбке та увидела бы проявление милосердия и сердечности, а с Кираном все было совсем по-другому.
Киран усилием воли прогнал эту мысль из головы и не дал ей укорениться в своем сознании, потому что там уже и так царила тьма.
– Подождите здесь! – приказал он своим спутникам. Рука принца уже легла на дверную ручку, когда дрожащий голос фейри остановил его.
– Мистера Олдрена нет.
Киран сдвинул брови.
– Что это значит?
Неблагая взглянула в его сторону, стараясь не смотреть принцу в глаза.
– Он покинул свои покои после наступления темноты.
Киран сжал губы и отпустил дверную ручку. Исчезать из дворца посреди ночи было совсем не в духе Олдрена. На это он обычно решался только ради того, чтобы сопровождать принца в заведение Бриока.
– Куда он направился?
Фейри тяжело сглотнула.
– Этого я не знаю.
Кирана тут же охватило беспокойство. Олдрен в последнее время быстро шел на поправку, но силы еще не полностью вернулись к нему. Если он не только вышел из комнаты, но и покинул дворец, это могло обернуться для него гибелью.
– Почему ты не последовала за ним? – укоризненно спросил Киран.
– Мистер Олдрен приказал мне ждать его здесь, – неохотно ответила фейри. Опасения гвардейца превратились в ужас, словно она боялась того, что эти слова приведут ее прямо на эшафот.
– Он сказал, когда вернется?
Неблагая фейри покачала головой.
Киран глубоко вздохнул. Он подавил свой страх и желание немедленно отправить поисковый отряд. События последних недель заставляли его представлять сразу худший вариант развития событий. Однако, руководствуясь лишь беспокойством и страхом, управлять страной было невозможно. Как он будет сдерживать беспорядки в городе, если его собственные чувства отражали чувства народа? Они были похожи на шестеренки мельницы, которые впивались друг в друга, приводя в движение. Пока Киран жил в страхе, его народ тоже не изменит своего поведения. Ему нужно было научиться освобождаться от своих опасений, тем более что в данном случае, по-видимому, повода для беспокойства не было. Олдрен был взрослым мужчиной и принадлежал к числу самых ответственных фейри, которых Киран знал. Он никогда добровольно не подвергал себя опасности.
– Сообщите мне, как только Олдрен вернется, – приказал Киран максимально спокойным тоном. Фейри кивнула, и принц побрел в сторону своей гардеробной, которая по-прежнему находилась рядом с его прежней спальней. Он собирался надеть свежевыстиранную одежду, а до первых дневных обязанностей время еще оставалось. Возможно, ему следует воспользоваться этим, чтобы почитать книгу или написать Фрейе, которая ждала от него письма вот уже несколько недель.
Киран свернул в коридор, ведущий к его прежней спальне. В ночь перед зимним солнцестоянием здесь теснились двадцать гвардейцев, теперь же проход был пуст. Все они или покинули гвардию, или несли службу в других местах. Взгляд Кирана блуждал по пустому коридору, когда он вдруг заметил на полу перед гардеробной капли воды. Он, может, и не увидел бы их, если бы в них не отразились лучи света от стеклянных шаров. Но сквозь свечение капли казались светлячками, застывшими на светлом мраморе.
Движением руки Киран хотел вернуть капли обратно в протекающий по коридору канал, но вода не двигалась. Он повторил жест, но капли словно приросли к полу. Киран подавил проклятие. Его магия никогда не была выдающейся, но это выглядело жалко даже для его возможностей.
Наступая на капли, он подошел к двери своей гардеробной. Киран открыл дверь, и ему в нос ударил знакомый запах. Это не могло быть… Должно быть, он себе это вообразил. Ее больше не было здесь. Обессиленный, принц оперся на деревянную дверь и глубоко вздохнул. Манекены, на которых висели его мундиры, в темноте выглядели довольно угрожающе. Он закрыл глаза и снова сделал глубокий вдох.
– Никак не возьму в толк, почему до сих пор никому не удавалось убить тебя, – прозвучал вдруг голос из сумрака. Киран открыл глаза и увидел знакомый силуэт. – Твоя неосторожность облегчает убийце задачу.
Киран уставился на Зейлан, и сердце принца судорожно сжалось, словно сопротивляясь его самым глубоким чувствам.
