– На первый взгляд там то же самое…
– Нет, через речную долину мы не пойдем, – мотнул головой Кандик. – Я знаю, чего добивается князь, он хочет нас смыть водным потоком, разрушив свои плотины…
– Да, отец, очень похоже, что именно это он и задумал. Речную долину, кстати, прикрывает стена изо льда высотой в два человеческих роста с башнями. Но я хотел добавить про малую долину, отец…
– Что там? Если уж большую долину они всю утыкали кольями, то малую и подавно.
– А вот и нет, отец, – заулыбался Баян. – Загородив большую долину, на малую у них не хватило сил, и там колья вкопаны на небольшую глубину.
Великий каган нахмурился, почувствовав неладное.
– Как ты это узнал? Сам залез?
– Нет, подойти к засечной полосе близко почти невозможно, там много отрядов, что отгоняли нас. Вот только сбежало несколько рабов из числа савиров, из тех, что пытались взять князя в плен и в итоге сами оказались у него в рабстве.
– Вот так вот взяли и сбежали? – вновь проявил подозрительность великий каган.
– Нет, отец. Их там сотня работала на установке этих кольев. Увидев нас, они пошли на прорыв, воспользовавшись тем, что большая часть охраны поспешила в нашу сторону. Колья, вкопанные на выходе из долины, сыграли против самих славян, и пленники смогли добраться до внешнего края. Не все, едва половина. Остальных перестреляли из луков. А потом еще три десятка положили, когда они устремились к нам. Остальных мы отбили и много от них узнали.
– Что именно?
– Малая долина перегорожена едва на полет стрелы. Они не успевают создать плотную линию обороны в этом месте, и я считаю, что нужно поспешить и прорвать ее, пока она тонка, ведь каждый день промедления увеличивает ее глубину еще на один полет. А так прорубим проход и не дадим им работать.
– Хм-м…
Великий каган Кандик призадумался. Изучив деяния князя Руса, он понял одно: тот горазд на подлые ловушки. А раз так, то зачем ему отходить от своих традиций?
– А если и это ловушка? – обронил он.
– В чем она может заключаться, отец? Там нет возможности устроить нам смыв, ручей, что там течет, не может дать столько воды даже за год, как нет возможности устроить камнепад.
– Значит, еще что-то мог выдумать?
– Но что?
– Не знаю… – с раздражением ответил великий каган.
– Отец…
– Что?
– А может, он это специально сделал, чтобы мы как раз усомнились в этом пути и пошли по какому-то другому? Там, на востоке, гораздо севернее, тоже есть хороший путь… Правда, там, перебравшись через гору, как раз придется спускаться по узкому ущелью, где можно устроить камнепад и одновременно затопить это ущелье. А если и нет, то стену там точно поставили, может, тоже изо льда, а может, и полноценную, из дерева, и там пробиться будет гораздо сложнее.
– Вот оно как… Что ж, это вполне в его духе.
И хоть сомнения Кандика не оставили, он все же отдал приказ на ускоренное выдвижение в сторону малой долины.
Глубина из кольев к подходу армии авар действительно значительно выросла, но это ненадолго задержало армию вторжения. Ромеи, коих послали рубить колья, достаточно быстро проложили проход достаточной ширины, и армия авар выплеснулась в долину.
К лагерю, устроенному для ночевки, не скрываясь, с факелом в руке подошел какой-то старый жрец.
– Уходите, – сказал он. – Боги покарают вас. Громы и молнии поразят вас, и никто не вернется в степи. Все останутся здесь.
Жреца, конечно, не послушали, кто-то понадеялся на защиту своих богов, кто-то посчитал слова простой уловкой слабых – попыткой напугать божественной карой, хотя то, что он сказал, быстро разлетелось по лагерю.
В очередной раз пошел снег. И вот аварская армия снова в пути, скрипя свежим снегом. Впереди по долине шли ромеи. Им также предписывалось проверять долину на наличие в снегу отравленных хлебов. Авары действительно очень тщательно изучили своего врага. Но все было чисто. Вот только к концу дневного перехода армия уперлась в еще один пояс из кольев. Правда, он даже на вид был не широким, максимум на один-полтора полета стрелы.
– Сын, проверь округу, – приказал великий каган, вновь став подозрительным.
Разведчики вернулись быстро.
– Глубокая засека. Совсем свежая, через такую ни нам не пройти, ни им самим не пробиться, так что внезапного удара большими силами можно не опасаться.
Кандик, чуть успокоившись, кивнул: именно этого он и опасался.
– Пусть и колья пока не рубят, – добавил он.
Тут тоже понятно: незачем заранее очищать путь, через который может прорваться вражеская кавалерия.
Ночью ничего тревожного не произошло, хотя именно ночного нападения ждал Кандик, из-за чего утром был не выспавшимся и злым. Дал приказ на рубку препятствия.
Ромеи работали споро и достаточно быстро проделали широкий проход. Вдруг громыхнул гром, а невысокие склоны по бокам окутались дымом. Гром гремел не переставая. Часто на склонах вспухали огненные фонтаны и в небо взлетали кучи камня.
Среди ромеев, что стояли лагерем непосредственно возле кольев, раздались крики боли и паники, и с каждым новым громыханием с выбросом дыма и огня десятки их падали, разорванные в клочья.
