Рус с силой провел ладонью по лицу и, откинувшись на спинку кресла, устало сказал:
– Дай угадаю: он решил, что я собираю армию против него, дабы взять власть в свои руки и самому стать паном?
– Верно.
Рус пристально посмотрел на сестру.
– Что? – вскинула брови Ильмера. – Я тут ни при чем. Без твоего прямого слова я бы не стала работать в этом направлении. Сама понимаю, что еще рано, ситуация слишком нестабильная с аварами. Он сам, все сам.
– Сам с усам… – поморщился Рус.
Леха он в чем-то понимал, по крайней мере его образ мышления. Дескать, брат набирает силу, он слишком независим, пользуется бешеной популярностью в народе и, значит, может бросить вызов. Обычное дело сейчас в таких случаях. Кроме того, не являлось для Руса секретом и то, что масла в огонь сомнений подливают вожди: дескать, Рус куда более достойный правитель, чем Лех.
Но еще хуже то, что еще его непосредственные приближенные зудят да подзуживают, опасаясь за свой статус соратников пана, с чего имели свои плюшки. Ведь если сменится пан, то и им придется от кормушки оторваться, уступив место уже свитским князя. А тут наоборот, если пан свалит слишком высоко взлетевшего брата, то можно будет попробовать прибрать к рукам много вкусного, чего только стекольное производство стоит!
– И что он предпринял?
– Кинул кличь на сбор своей армии. Так что к концу лета будет здесь.
– Да твою же ж… Только этого мне еще не хватало для полного счастья.
– Может, мы его… того? – предложила сестра, и сейчас в ее голосе не было ни малейшего намека на неуверенность.
«И ведь завалит, дай я только такое согласие!» – с некоторым изумлением осознал Рус, понимая, что сестрица повзрослела во всех смыслах этого слова, раньше бы точно такого не предложила.
– Нет.
– Почему? Авары с юга подпирают, да он еще с севера надавит. Мы рискуем оказаться между молотом и наковальней…
– Ты знаешь… Правду говорят: все, что ни делается, все к лучшему.
Брови Ильмеры в изумлении взлетели на максимальную высоту.
– Главное, чтобы авары подольше с лангобардами долбались! Как раз до конца лета, – добавил он. – А то, что Лех договорится с Баяном и вступит с ним в союз против меня, я не верю. Его никто не поймет, ну и мы этом плане постараемся, чтобы не поняли. И вот тут уже появляются интересные возможности.
Через пару мгновений на лице сестры появилась понимающая улыбка.
– Хочешь воспользоваться собранной Лехом армией против авар?!
– Верно.
Ильмера засмеялась.
– Надо бы тогда лангобардам подсобить немного, – сказала она.
– Подсобим. Славян давно рвется в бой. Вот пусть и обкатает в боях добровольцев.
Лангобарды попали, что называется, как кур в ощип. В изначальной исторической последовательности авары тоже напали на лангобардов, пусть и на несколько лет позднее, но цель тогда они ставили простую: банально согнать прочь этот народ с его исконного места проживания, ибо земли те очень хорошо подходили для скотоводства. Лангобарды отступили на запад и вторглись в Италию, захватили города и создали свое королевство.
В этот раз все случилось иначе. Новый великий каган авар Баян почему-то не захотел лангобардам дать возможность сбежать, а начал их целенаправленно прессовать. Кочевники, пройдя западнее по притоку Дуная – Драве, от уже ее притока Муре пошли на север и вторглись в западные районы проживания лангобардов, тем самым отсекая их от возможного пути отхода. В этих речных долинах, притоках реки Раба, степняки чувствовали себя уверенно и проживавших там лангобардов отгоняли на восток и север, концентрируя их вокруг озера Балатон и горах Баконь к северу от него.
Оказавшись в окружении, ибо авары так же плотно контролировали все восточные, южные и северные долины вдоль Дуная, лангобарды отчаянно оборонялись, делая дерзкие контратаки, чему способствовали отряды, хорошо оснащенные доспехами, как полученными от князя Руса, так и самостоятельно откованными за зиму.
Несмотря на все усилия, построенные стены, ловушки в виде засечных полос, плотин, каменных завалов и беспримерное мужество, кольцо окружения постепенно сужалось. Баян для покорения лангобардов собрал почти все силы своей орды (оставив лишь небольшую группировку на севере по Тисе для контроля Руса), так что перевес в численности был минимум трехкратным. К середине лета авары отжали лангобардов от озера на север, к их столице Виндобона, теперь им осталось сделать еще одно усилие, и все будет кончено.
Но вмешался Славян. Мощным ударом с севера пятнадцатитысячной армией он прорвал кольцо окружения, произошел не менее мощный встречный удар со стороны лангобардов (ну да, удары были согласованы), и лангобарды хлынули в образовавшуюся прореху, выскальзывая из ловушки.
Бросив все, люди фактически бежали к спасительным Карпатам. Вышли на реку Грон, впадавшую в Дунай, и стали втягиваться в горы. Авары словно с цепи сорвались и постоянно атаковали. Но из-за того что силенок пока было маловато, удары удавалось парировать.
