– За мной, – я быстрым шагом зашел в зал, дошел до сцены и просто забрался на нее, не используя ступени; друзья шокированно смотрели на меня. – Парни, разве не об этом мы с Вами мечтали? Оглянитесь!
Голос мой с каждым словом набирал громкость, ребята оглянулись, но все еще не могли понять, что я им хочу сказать.
– Мы с Вами, каждый раз репетируя в гараже, разве не говорили, как бы было замечательно выступить перед одноклассниками, а потом и перед всем городом, – друзья все также неуверенно потупили взгляд, будто бы стесняясь своих желаний. – Так вот, нас услышит не только город, нас услышит вся страна.
– Саша, тише ты, кругом люди, – Олег аж покраснел от того, что его друг не стеснялся людей, которые были в зале, а их было довольно много: уборщики ходившие между рядами, администраторы, которые осматривали зал последним взглядом, не дай бог, что-то не в порядке, музыканты из ансамбля Александрова, которые, входя в зал, махали ребятам руками; и все они замерли, внимательно слушая странного подростка, столь зажигательно говорящего.
* * *Тихон Хренников.
Сегодня я, по просьбе Фурцевой и Бориса Александрова, приехал в дом советов на концерт, посвященный Восьмому марта. Они попросили прислушаться к двум песням, которые сочинил якобы молодым человеком. Жена должна будет подъехать к началу концерта, а я выехал пораньше, совместно с Александровым, и уже на месте встретился с Фурцевой и представителем ЦК.
Я ходил вместе с ними, пока они проверяли готовность, все же хоть это и просто концерт, но сегодня на нем будут присутствовать гости из Франции прибывшие на переговоры с нашим руководством. И мне самому было интересно, что за концерт получиться, слишком уж хвалили его Фурцева с Борисом, да и говорят, Николай Николаевич Месяцев также симпатизирует юноше, ради которого меня сюда позвали; и уже около выхода на сцену мы услышали звонкий мальчишеский голос:
– Парни, разве не об этом мы с вами мечтали? Оглянитесь!
Все, с кем я был, замерли. Фурцева даже немного напряглась, а вот на лице Бориса расплылась улыбка довольного человека, я немного удивился такой реакции. Представитель ЦК хотел уже возмущенно выйти на сцену, но мне хотелось послушать, что будет дальше.
