– Гайдар почти в нашем возрасте командовал полком, он не побоялся взять на себя такую ответственность. Мы поколение, которое выросло на примере отцов, которые, не боясь ничего, шли в бой, разве мы сейчас можем испугаться и пойти на попятную, – музыка уже набрала полную мощь и вдруг резко стихла, и под тихие последние ноты также тихо, но твердо зазвучало: – Нет, мы сделаем все и победим.
Посмотрев на ребят, ради которых была вся эта сцена, я понял – они сделают все, в глазах столько уверенности, а еще главное – веры в своего друга и лидера. На глазах Фурцевой мелькнули слезы, отвернувшись и вытерев глаза, она посмотрела на юношу, потом перевела взгляд на меня, столько гордости было в ее взгляде. Сергей Федорович также был настроен решительно, его слова только подтвердили это:
– Вот что надо было пустить по телевидению, вот такие слова должны звучать из уст наших юных комсомольцев.
* * *– Прекрасная речь, молодой человек, – раздался голос позади меня, обернувшись, я увидел, как на сцену входят Фурцева, Александров, незнакомый мужчина, но все в нем говорило о его принадлежности к аппарату ЦК, и, главное, был четвертый, в ком я сразу узнал бессменого лидера союза композиторов: Тихон Николаевич Хренников, человек, у которого должно сложиться обо мне, всеми моими стараниями, хорошее мнение, и я сделаю все для этого, – и прекрасная композиция. Я правильно понял, фактически только что вы ее закончили?
– Здравствуйте, – вежливо поздоровался с вошедшими, при этом даже немного склонил голову в знак уважения, все же это были люди достойные его, – я очень рад, что вы оценили мою работу, Тихон Николаевич, и, да, финал этой композиции я придумал сейчас, сама обстановка способствовала этому.
– Что же, если все мелодии будут такими же как эта, то я рад, что послушался Александрова и смог вырваться на сегодняшний концерт, – при этом он улыбнулся мне.
– Нет, боюсь, я Вас расстрою, все такими не будут. Все же концерт для широких масс и к тому же посвящен Восьмому марта. Боюсь, наши прекрасные половины не поймут того, что все песни не будут касаться этого события, – при этом я натянул на себя немного плутоватую улыбку.
Мужчины рассмеялись, а Фурцева даже в шутку пригрозила пальцем.
– Но я очень надеюсь, что пара композиций вам понравятся, – сказал уже более серьезно.
– Ну что же, послушаем, а сейчас, я думаю, стоит отпустить молодого человека, так как скоро начнут приходить зрители, – последние слова он уже говорил своим спутникам, на что те просто кивнули.
