Рожденная эфиром полностью

– Ты говоришь о нас как о созданиях эфира. Но что такое эфир? – спросила я Аими. Мы собирали в лесу цветы, чтобы наполнить наш дом ароматом лета. – Мама считает, это место, где царит вера и собираются души хороших людей. Ты тоже так думаешь?

Аими положила в рот цветок фиалки и пожевала его, размышляя.

– Для меня это, скорее, сила. – Мы шли по яркому ковру из фиалок, их листья, стебли и цветы заглушали наши шаги. – А для тебя эфир наверняка будет чем-то иным.

Я так заинтересовалась, что застыла на месте.

– Почему ты так думаешь?

– Ты – акуна ханта, а я всего лишь кицунэ. Я наделена силой, но несовершенна, как любой человек. Мои мотивы могут быть эгоистичными или альтруистическими. А ты ханта, создание, способное творить только добро.

Я вспомнила свое детство: как я обстригла Аими волосы, пока она спала, как забралась на кухню посреди ночи и съела ложку меда, потому что проголодалась, как надела мамино лучшее кимоно, когда ее не было дома, испачкала подол и обвинила в этом сестру.

– Это неправда.

– Я помню твои проказы, маленькая сестренка! – рассмеялась Аими. – Но в облике ханта ты – посланница богов, способная одолеть самых могущественных, самых злобных демонов. Даже óни.

Я вздрогнула, представив себе краснокожего рогатого и клыкастого демона с отвратительно выглядящей шипастой дубиной. Этих жутких созданий иногда изображали на ширмах, перегородках и кимоно в качестве предостережения. Легенды гласили, что они вершат суд над нечестивыми и любой пище предпочитают человеческую плоть. Горло мне сдавил спазм, во рту скопилась горькая слюна. Легенды противоречили друг другу и здравому смыслу: разве одно зло может осудить другое зло, только побольше?

– И как мне справляться с они?

– Думаешь, у меня есть ответы на твои бесчисленные вопросы? – безмятежно поинтересовалась Аими.

– А кого еще мне спрашивать? Я такая благодаря тебе.

– Но я представить себе не могла, что ты станешь ханта. – Аими обернулась и, глядя на меня, протянула с мольбой ко мне руки. – Я думала, ты будешь удачливой девушкой, наделенной острой интуицией, и все. Но твое собственное сердце, приняв мой дар, решило иначе – именно оно сделало тебя такой, какая ты есть.

– Птицей, – ответила я, скрестив руки на груди и всем своим видом выражая разочарование. Мне всегда казалось, что сестра наделена способностями, значительно превосходящими мои.

– Нет. – Аими удивленно подняла брови, подошла ко мне и коснулась пальцами моего предплечья. – То есть да, ты принимаешь облик птицы, поскольку только им позволено подниматься высоко над землей, туда, где раскинулось царство эфира. Ты можешь коснуться неба, побывать там, где рождаются и живут добрые духи. Эфир питает силой нас обеих, но ты более высокого полета. – На моем лице отражалось охватившее меня сомнение. Сестра вздохнула. – Ты когда-нибудь пыталась обернуться стервятником?

– Что? – Я от растерянности всплеснула руками. – Нет. Какой в этом смысл?

Аими сделала шаг назад.

– Попробуй. Прямо сейчас. Порадуй меня, пожалуйста.

Я опустила руки, представляя себе стервятника и ожидая привычного ощущения тысяч маленьких звездочек, танцующих по телу, – так было всегда с той поры, как я впервые превратилась в птицу.

Но ничего не произошло.

Аими приподняла бровь.

– И?..

Я, недоумевая, посмотрела себе под ноги, затем на сестру.

– Что-то не получается. Почему?.. – Я попыталась снова, и снова неудачно. Ничего не изменилось.

– Грифы – птицы, питающиеся трупами. Существа, которые живут смертью. Хитрые лисицы тоже не против полакомиться падалью, хотя они и хищники. А ханта эфир позволяет принимать облик только не соприкасающихся со смертью существ.

– Но я без труда превращаюсь в сокола, сову и ястреба. Все они убивают свою добычу.

– Конечно, но есть разница. Они охотятся на что-то живое и делают его мертвым, а грифы питаются тем, что уже мертво и гниет. Облик, который ты чаще всего принимаешь – неважно, один, три или пять, – указывает на твое предназначение. Хищные птицы выслеживают жертву, паря над лесами и полями, а ханта летают над мирами и в них отыскивают свою добычу. Птицы обрушиваются с небес на мышей и грызунов. А вы – пронзая пространство – на демонов. Понимаешь, о чем я толкую?

Когда все это дошло до меня, в моей бедной голове воцарился хаос. А сестра спокойно повернулась ко мне спиной и пошла дальше по фиалкам.

– Так и как мне охотиться на этих демонов? Что мне делать с ними? – Я споткнулась, пытаясь догнать ее.

– Не знаю, – она пожала плечами, – но верю, что ты найдешь ответ на этот вопрос. Когда будешь готова.

– И когда это произойдет?

– Когда ты обретешь зрение ханта, я думаю, – Аими наклонилась, срезала куртинку цветов, положила их в корзину, – и ни секундой раньше! – усмехнулась она. – Так устроен эфир. Ответы приходят, но всегда в последнюю минуту. Он будто проверяет, насколько сильна наша воля.