Я закрыла глаза, а он наклонился поцеловать меня, сначала очень нежно. Когда он почувствовал, что я прижалась теснее и обвила ему шею руками, поцелуй стал более страстным. Огонь зарычал в моем животе и лизнул позвоночник. Его расплавленный жар распространился по телу и стал виться вокруг меня.
Я положила пальцы на затылок Рафа и запустила ему в волосы, наслаждаясь сладостью поцелуя. У него был вкус мятного мороженого. Когда я почувствовала, что жар добрался до моей шеи и стал согревать щеки и глаза, я запаниковала. Что, если я открою глаза, а они светятся? Его это отпугнет.
Я продолжала стоять с закрытыми глазами, а мои мысли неслись вскачь. Я медленно завершила поцелуй, а потом опустила лицо. Сунула голову ему под подбородок и прижалась к его груди, чтобы Раф не увидел моих глаз.
Он поцеловал меня в макушку и смахнул пряди волос с моей щеки, заправив их за ухо. Слава богу, он, кажется, не заметил ничего странного. Я медленно и глубоко дышала, чтобы успокоить колотившееся сердце и укротить пламя. Щеки и глаза охладились, и, когда я обрела уверенность, что зрачки мои больше не светятся, как у больной бешенством собаки, я отошла на шаг назад и взглянула на Рафа.
– Спасибо за чудесный вечер.
Он прижал теплую колючую щеку к моей и ответил:
– До вечера киносеанса.
Раф подождал, пока я запру дверь. Как только дверь захлопнулась за мной, я прислонилась к стене в прихожей и закусила губу. Если мои глаза светились всякий раз, когда я испытывала волнение, то что же будет, когда дело зайдет дальше поцелуев? Я прикрыла лицо руками, представив, как Раф вопит от ужаса, увидев перед собой красноглазого демона в самый разгар наших забав.
Я тяжело вздохнула. Вот черт! Какой парень в здравом уме и твердой памяти захочет встречаться с девушкой, у которой, скажем прямо, есть некоторые отклонения от нормы?
Дни, предшествующие отъезду семейства Басседжио, прошли в сплошных заботах. Я перестирала кучу вещей и отдраила дом снизу доверху, к тому же оба мальчика все время находились при мне. Когда Эльда была дома, мы вместе занимались детьми, но она часто задерживалась допоздна, подготавливая рабочие дела на время своего отсутствия.
Исайя набирался сил со скоростью мощного локомотива, несущегося вниз с холма, а Кристиано был счастлив, что теперь брат мог поспеть за ним, и оба носились со скоростью урагана. У меня едва хватало времени на переписку с Рафом, каждый вечер я валилась на кровать без сил. Данте продолжал строчить сообщения, умоляя о встрече, но я оставляла их без внимания. Я также пообещала себе связаться с Феди, как только Басседжио уедут в отпуск.
С Пьетро мы увиделись лишь накануне их отъезда. Я помогала Исайе подготовиться ко сну, когда услышала голос его отца в кухне – он разговаривал с Эльдой.
– Кажется, твой папа наконец приехал, – сообщила я Исайе. Натянула на мальчика пижаму и отпустила его к родителям.
Исайя помчался на кухню обняться и расцеловаться с отцом. Я пошла вслед за ним и с улыбкой наблюдала, как эти двое нежничают. Каждый раз при виде светловолосого мальчика с угольно-черными глазами и его темноволосого голубоглазого родителя я вновь вспоминала, что не Пьетро биологический отец Исайи. И он никогда не узнает, что Эльде есть что поведать на этот счет. Интересно, закрадывались ли у Пьетро хоть раз подозрения? Впрочем, вряд ли, ведь Исайя копия Эльды. Отличия – черные глаза и, немного, линия скул.
– Буонасера[36], Сэксони, – бросил Пьетро через плечо Исайи. Рот его был плотно сжат, а под глазами залегли темные круги.
– Буонасера, Пьетро, рада вас видеть. – Мне не понравились глубокие морщины над его переносицей.
Пьетро поцеловал Исайю и велел ему идти в постель. Мальчик подбежал и ко мне обнять и поцеловать перед сном.
– Я сейчас приду прочитать тебе сказку, – пообещала я. – Ложись в постель, ладно?
– Хорошо, – ответил он и поскакал по коридору, слишком бодро для того, кому скоро засыпать. Но у меня язык не повернулся одернуть его. Исайе приходилось передвигаться медленно всю жизнь. Пусть теперь набегается по полной.
Я обернулась к Пьетро.
– Что-то случилось?
– К одному из моих клиентов вломились грабители прошлой ночью. Сегодня был очень длинный день. – Он протянул Эльде пластиковый контейнер из-под обеда. Та сунула его в посудомойку. Я заметила, что Эльда выглядит еще более расстроенной, чем Пьетро.
– Какой ужас. Что-то украли? Вы можете сказать, что за клиент?
Он покачал головой.
– Нет. Украли-то пару мелких вещей, но в целом могло быть гораздо хуже.
Пьетро и Эльда разговаривали по-итальянски, пока я кипятила воду для чая. Похоже, они предпочли бы сейчас остаться одни. И как только возникла пауза в разговоре, я попрощалась:
– Буонанотте и ариведерчи[37], пойду к себе. Вижу, вам необходимо поговорить.
– Спасибо за огромную помощь на этой неделе, Сэксони. Тебя послал нам Господь! – воскликнула Эльда, целуя меня в щеки и обнимая на прощание.
– Буонанотте, Сэксони. Мы будем скучать по тебе в Апулии, – сказал Пьетро.
– Напишите мне, когда доберетесь на место, хорошо? – попросила я.
