Они кивнули, но было очевидно, что мысли их заняты другим. И я ушла, чтобы они смогли спокойно поговорить.
Я заглянула в комнату Исайи. Мальчик сидел на полу, разложив перед собой книжки. Он поднял голову и улыбнулся, когда я вошла.
– Выбрал историю? – я осмотрела книжки и заметила среди них ту, в которой была сказка про жар-птицу. Мальчик колебался, но в конце концов протянул мне книжку с динозаврами на обложке. Я улыбнулась: – Теперь в кровать, маэстро.
Мы уютно устроились, и я читала ему рассказ, чувствуя, как он расслабляется и начинает дремать. Тогда я закрыла книгу и сказала:
– Утром мы не увидимся, Исайя. Вы с родителями встанете рано и уедете до того, как я проснусь.
– Почему ты не едешь с нами? – спросил он, мигая и прислонив голову мне к плечу.
– Думаю, мне лучше остаться здесь. Но мы увидимся, когда ты вернешься.
– Так почему?
Я задумалась на секунду. Если кто и мог понять причину, то именно этот малыш.
– В Галлиполи сейчас очень жарко, Исайя. И как бы мне ни хотелось увидеть юг Италии, боюсь, мне там будет некомфортно.
Он понимающе кивнул, даже раньше, чем я закончила.
– Слишком жарко, – повторил он, и его темные глаза посерьезнели.
– Да. Так что обними меня и поцелуй на ночь, увидимся через пару недель, хорошо?
– Ладно, – он обвил меня руками.
– Люблю тебя, малыш.
– И я тебя люблю.
Горло мое сжалось, когда я наблюдала, как он поуютнее сворачивается под простынкой.
Я пошла к двери и, оглянувшись, убедилась, что он все еще смотрит на меня – черные глаза сияли в темноте из-под полуприкрытых век, – послала ему воздушный поцелуй и затворила дверь.
Пьетро и Эльда все еще были погружены в разговор, когда я выскользнула в коридор. Что бы там ни произошло, я надеялась, что это не испортит им отпуск.
Им надо было вставать в пять утра, чтобы успеть на самолет в Галлиполи, и Эльда заранее любезно позволила мне не просыпаться так рано. Так что я отдохнула всласть. Когда взглянула утром на часы, было почти девять.
Выйдя из душа, я проверила телефон. Увидела сообщение от Рафа: «Так ты теперь свободная женщина? Как насчет киносвидания?»
Я улыбнулась. Времени даром он не терял. «Приходи в субботу вечером. Пьетро и Эльда разрешили воспользоваться их кинозалом».
Раф: «Браво! В котором часу?»
Я: «Как насчет семи? Сможем вместе приготовить ужин, а потом посмотрим фильм».
Раф: «Супер. Что принести?»
Я: «Все есть. Не беспокойся».
Раф: «Как скажешь. До скорого».
Я улыбнулась, почувствовав, как запорхали в животе бабочки при мысли о приятном вечере с Рафом, и отогнала мысли о грозном свечении в глазах. А потом направилась в «Евроспар»[38] и переделала кучу дел, прежде чем купить продукты. Зашла за марками, зарядила телефон, даже вздремнула на открытой террасе кафе с книгой. Потом, почитав полчаса, почувствовала жгучее желание с кем-нибудь поговорить. И написала Феди. Меня терзал приступ вины, ведь я так долго ею пренебрегала. И мне было стыдно, что я вообразила, будто она ревнует Данте ко мне.
Я: «Чао белла, составишь мне компанию за чашкой кофе?»
Феди: «Где ты пропадала? Прошла вечность! Все тусуешься с Данте?»
Я замешкалась с ответом. Значит, Данте ничего не сказал ей о том, что произошло между нами.
Я: «Больше нет».
Феди: «Что случилось? Впрочем, подожди, расскажешь при встрече. Жду не дождусь! Сегодня работаю. Приходи ко мне на работу, если хочешь. Угощу бесплатным мороженым!»
Я: «Ням-ням! Славно! Во сколько заканчиваешь?»
Фели: «В шесть. Чао!»
Я убрала мобильник и чуть не подпрыгнула, когда он затрезвонил. Звонок от Эльды. Наверное, они добрались до Апулии.
Я ответила на звонок с широкой улыбкой.
– Привет, как долетели?
– Сэксони? – голос Эльды звучал странно. Она явно очень волновалась, но при этом старалась говорить тихо.
Улыбка исчезла у меня с лица.
– Да, что случилось? Все в порядке?
– Мы добрались. Но мне пришлось позвонить тебе, потому что… подожди секунду… – послышался звук захлопнувшейся двери.
– Какие-то неприятности?
– У меня могут быть неприятности из-за того, что я сейчас расскажу, ведь Пьетро связан условиями конфиденциальности, но… важнее, чтобы ты знала о случившемся. У меня мало времени, так что придется покороче. Ты слушаешь?
– Конечно, уже вся на иголках, говорите, бога ради.
– Прости, нет нужды паниковать, просто слушай. Клиент Пьетро – это банк. Один из самых больших в Венеции.
– Речь о том ограблении?
– Тс-с! – зашикала она, а я от удивления мотнула головой. Эльда ни разу не шикала на меня раньше. – Взлом, о котором говорил Пьетро, произошел в том самом банке. И украдена была одна-единственная вещь – и это так удивительно, что я не могу промолчать.
– Что вы имеете в виду?
– Та самая флешка, Сэксони. С видеозаписями Ника. Ее украли из моей ячейки. Только ее. Оригиналы записей исчезли. Теперь понимаешь?
Ее слова дошли до моего сознания. Огонь тут же затрепетал в животе, но кожа оставалась при этом ледяной. Украли видеозаписи Ника? Первая мысль – Данте. Но как он сумел это провернуть?
– Он скоро придет за Исайей, я знаю.
– Что? Кто придет?
