Не дойдя до входа несколько шагов, я с удивлением услышала ее голос и остановилась. Ну и дела! Вот чем она занимается, вместо того чтобы мирно спать в своей постели!
– Уверена, погружение будет совсем не трудным. Корабль обнаружили в очень удобном месте. Я не предвижу никаких проблем, – говорила она.
– Насколько я понимаю, – ей отвечал не кто иной, как Мартиниуш своим теплым баритоном, – для вас, Майра, проблем почти не существует. Ваша биография говорит сама за себя. – Разумеется, мама оставила комплимент без внимания – чего еще ждать от русалки? Немного помолчав, старик продолжил: – Пока вы здесь, можете воспользоваться моей библиотекой и прочесть любую из этих книг. У меня много англоязычной литературы по истории мореходства, если эта тематика вам интересна.
– Спасибо, – поблагодарила мама. Я с трудом подавила желание саркастически поаплодировать ее манерам.
– Правильно ли я понимаю, что Саймон согласился назначить первое погружение на вторник? – спросил Мартиниуш.
– Насколько знаю, да. Мы всю неделю занимались одной подготовкой. Значит, пора приступать. Когда, если не сейчас?
– Превосходно! – воскликнул Мартиниуш с искренним энтузиазмом. – Ах, как же я вам завидую! Жаль, что я не смогу увидеть судно одним из первых. Конечно, я хотел бы поехать с вами, но, увы, давным-давно не притрагивался к водолазному снаряжению. Не забудьте внимательно осмотреть воронье гнездо[23] и носовую фигуру. Они были вырезаны вручную известным польским ремесленником.
– Не забуду, – заверила мама.
– И еще: вы точно ни в чем не нуждаетесь? Дайте мне знать, если, на ваш взгляд, вам не хватает чего-то, что может помочь команде выполнить задание более слаженно.
– Нет-нет, мы прекрасно экипированы, – ответила мама. – Оборудования у вас столько, что хватило бы на целую флотилию. У Саймона, наверное, сердце в пятки ушло, когда он все это увидел.
Повисла пауза.
– В пятки?
– Это всего лишь фигура речи, которая означает, что человек сильно занервничал или испугался.
Мартиниуш расхохотался. Повисла очередная пауза. На сей раз она растянулась, и мне стало до смерти любопытно, что там у них происходит. Тишину нарушало лишь негромкое потрескивание огня. Я подошла чуть поближе и вновь услышала голос мамы. Она стояла недалеко от двери.
– А теперь пойду посмотрю, как там моя дочь.
Последнее слово мама произнесла с ударением. Видимо, чутье подсказало ей, что я прячусь за дверью, подслушивая их беседу.
– Конечно, – ответил Мартиниуш. – Я так рад, что все хорошо закончилось. Передавайте ей привет. Надеюсь, мне посчастливится услышать эту историю из ее уст. Похоже, Антони помнит происшедшее смутно. Бедный парень.
– Да, – мама уже стояла на пороге. – Хорошего дня, Мартиниуш.
– Хорошего дня, Майра.
Выйдя из комнаты, она обняла меня за плечи, развернула к себе и поцеловала в лоб, но заговорила со мной лишь после того, как мы вернулись в апартаменты и дверь за нами закрылась. Дорогу в номер мама нашла с такой легкостью, будто провела в особняке Мартиниуша все свое детство.
– Как-то странно, – она прислонилась спиной к двери.
– Что именно?
– Вчера вечером Мартиниуш велел одному из «Новаков» передать мне, что сегодня утром я должна первым делом зайти к нему в кабинет. Он вернулся с деловой встречи в Гданьске довольно поздно и, узнав, что вы попали в шторм, хотел убедиться, что с вами все хорошо.
– И что здесь странного?
– Странно не это. Я кое-что поняла, когда он попросил меня тщательно осмотреть воронье гнездо и носовую фигуру.
– Носовую фигуру… – я покопалась в памяти. – Это такая штука, расположенная в передней части корабля, да? Ну, например, морской конек, дракон или девушка с большой грудью.
– Верно. Мартиниуш упомянул ее только сегодня. Не знаю почему, но на брифингах никто не говорил о ней ни слова. Помнится, воронье гнездо попадалось мне на каком-то изображении, а вот носовой фигуры не было ни на одном. Ее нет даже в списке объектов, которые мы должны отыскать. Кстати, а ты чем занималась? – как обычно, мама легко перескочила с темы на тему. Мы прошли в гостиную. Она открыла бутылку воды и протянула ее мне, после чего открыла еще одну для себя.
– Да так. Объедала Мартиниуша, соблазняла его сотрудника, боролась сама с собой. В общем, ничего особенного, – я залпом осушила бутылку.
Мама засмеялась, едва не поперхнувшись водой. Проглотив ее и вытерев губы рукавом, она сказала:
– Дай угадаю: ты встретила Антони и учуяла его запах своим новым русалочьим носом.
– Типа того.
– Да, теперь ты чистокровная сирена, дорогая. – Она вдруг напряглась. – Только не говори, что вы с ним… – Ее взгляд стал серьезнее. – Вы ведь не стали?..
Прежняя Тарга непременно поморщилась бы, если бы ее маме пришло в голову спросить, занималась ли дочь сексом пару часов назад. Я была девственницей, но теперь смотрела на ситуацию совсем по-другому. От подростковой стеснительности не осталось и следа. Секс казался мне такой же естественной потребностью, как пища и сон.
Я покачала головой.
