Волшебство завершилось так неожиданно, что меня охватило острое чувство потери – я пожалела, как мало уделила внимания всему происшедшему. Не так ли внезапно приходят и исчезают самые драгоценные моменты нашей жизни? Они заканчиваются в одночасье, оставляя нам лишь головокружение, когда мы, едва дыша, молим об одном: «Мгновенье, стой! Не уходи!»
Каждое имя, что я услышала в тот вечер, врезалось в мою память. Я могла бы записать их все, ни единого не пропустив.
Я вышла из библиотеки Анакаллоу и начала спускаться по широкой каменной лестнице на оживленную улицу. После вылупления фейри мои поиски объяснений стали еще интенсивнее. Я начала настоящее исследование, пытаясь обнаружить ключ к загадке: почему волшебные создания выбрали именно меня и почему в ответ на мой вопрос сказали «мудрая». Но это был день бесплодного чтения; я нашла кое-какие красивые картинки – некоторые, возможно, сделанные художниками, действительно знавшими, как выглядят фейри, но в основном это были иллюстрации к чисто мифологическим сюжетам.
Из-за угла здания вывернул какой-то мужчина. Почему-то я уставилась на него во все глаза – точно видела раньше, но узнала не сразу. Наконец, до меня дошло – это же Брендан, грубиян, который едва не сбил с ног меня и тетю Фейт на улице возле рынка в день моего приезда. Я прищурилась: он двигался как человек, замеченный мной в ночь кошмарной вечеринки, и на голове его красовалась похожая кепка. Выглядел он ужасно, гораздо хуже, чем в нашу первую встречу: похудел, под глазами набрякли темные мешки, клочковатая борода отросла и стала похожа на веник. Вдобавок он казался ужасно злым – прямо не человек, а какой-то изможденный и взбешенный медведь, только что проснувшийся и обнаруживший, что проспал все на свете и теперь помирает с голоду.
На долю секунды сочащийся ненавистью взгляд Брендана остановился на мне, но я хладнокровно проигнорировала его. Во всем облике этого человека сквозило безумие. Он прошел мимо, скаля зубы и шаркая, словно отшиб крестец и теперь ему сложно поднимать ноги. Насколько я помнила, в прошлую нашу встречу у него была нормальная походка. Я замерла на ступеньке, опасаясь чем-то заинтересовать и растревожить этого медведя. Прищурившись, краем глаза следила за ним. Да, скорее всего, именно Брендана я приметила в свете фонаря в ночь вечеринки.
Он дотащился до другого угла здания библиотеки, и тут из теней переулка выскочил и врезался ему в бок какой-то парень – видимо, торопился куда-то, а смотрел не на дорогу, а в смартфон. Мужчины крепко столкнулись, так что второй издал звучное «Уф», хотя был довольно крупным.
Но не этот инцидент заставил меня отшатнуться, подавив крик ужаса, а три темные сущности, похожие на летучих мышей, что вырвались в этот миг из тела Брендана. Они дико захлопали остроконечными крыльями над обоими мужчинами, оставляя за собой призрачный дымчатый след. Сквозь одну из этих бесплотных фигур я смогла разглядеть церковный шпиль, маячивший вдалеке. Все три темных силуэта закружились в воздухе, будто бы сбитые с толку, а затем снова исчезли в теле Брендана, едва он выпрямился и зашагал дальше без всяких извинений. Торопыга, поправив шляпу и пиджак, пробормотал что-то себе под нос и тоже продолжил свой путь. Он не заметил то, что увидела я.
Затаив дыхание, я уставилась на Брендана, который принялся переходить улицу. Изо всех сил напрягая глаза, я пыталась рассмотреть в нем те темные сущности. Они явились мне так ясно, но никто больше на этой оживленной улице, кажется, ничего не заметил. Брендан свернул за угол на той стороне, и только когда он скрылся из виду, я осознала, как бешено колотится мое сердце. Во рту был привкус мела, и я вспотела, словно висельник, которому накинули петлю на шею. Кончики пальцев стали ледяными, хотя день был теплым. Нет-нет, эти жуткие летуны не настоящие, они мне пригрезились. Правда же? Ведь только я видела их. А фейри? Они точно существуют, но только я и Джашер видим их… Так что же за мерзкие твари использовали Брендана как свою пещеру?
– Мисс, у тя всё в порядке?
Я повернула голову и увидела худощавого мужчину, несшего пакет с продуктами. Не помню, как так вышло, но обнаружила я себя сидящей на ступенях библиотеки с приоткрытым от изумления ртом. Я сомкнула губы, сглотнула и ответила.
– Да, все нормально.
Но это явно было не так.
– Удачки тогда, – сказал он, приложив палец к козырьку кепки, и пошел дальше.
В моей сумке запищал телефон, я вытащила его. Мне потребовалась пара секунд, чтобы понять, кто звонит. Оказалось, Лиз, и это был плохой знак.
Я закрыла глаза и запрокинула голову. Спокойствие. Раз мне теперь важно быть честной, признаюсь, что со дня приключения «найти и уничтожить» о Лиз я не вспомнила ни разу. При виде ее имени моя первая мысль была: «Кто это? У меня есть мать?» Видимо, несмотря на то, что я особо о ней не думала, раздражение, которое она вызывала, было тут как тут, оно выпрыгнуло на меня, словно шипящая кошка из темного угла.
– Привет, – произнесла я с тяжелым сердцем.
