Джашер оказался прав. Сначала мы замечали мерцание – кое-где появлялись крошечные точки белого света. Но по мере того, как садилось солнце, вспышки становились все отчетливее, и мы уже могли различать их мягкие пастельные цвета.
В сгущавшихся сумерках оранжерея стала нашей личной Вселенной. И если поначалу огоньки появлялись довольно медленно, то чем дальше, тем больше их становилось, и быстрее появлялись новые, так что мы едва успевали их отслеживать. Имена фейри, тихо представлявшихся мне, превратились в сплошной поток шепота в моем сознании.
– Ты слышишь их? – обратилась я к Джашеру.
Он отрицательно мотнул головой.
– А ты?
Я кивнула, но ничего не сказала – зрелище вылупляющихся фейри, похожее на лазерное шоу, так ошеломило меня, что я едва ли была способна вести разговор. Вокруг мигали цветные искорки, и яркие лучи разбегались по оранжерее, будто маленький звездопад.
– Интересно, почему они не улетают, – удивился Джашер. – Обычно фейри всегда так делают.
Я поднялась и, войдя в оранжерею, устремилась к фейри. Я двигалась медленно, пытаясь синхронизироваться с необъяснимой вибрацией, гудевшей у меня под ногами. Оказавшись под куполом, открытым небу летней ночи, остановилась. Вокруг меня, то загораясь, то угасая, молниеносно проносились мерцающие огоньки. Джашер присоединился ко мне, и вот уже мы оба стояли и молча наблюдали. Внезапно мерцание и движение вспышек прекратилось, мы удивленно переглянулись.
Тысячи крошечных искорок ярко-ярко засветились и уже не гасли, словно кто-то включил диммер на полную мощность. Фейри, такие крошечные, что нельзя было различить ничего, кроме сияния света и едва заметного трепета крыльев, взмыли вверх и запорхали в воздухе. Затем они стали кружиться вокруг нас, сначала образовав искрящийся цилиндр, а потом преобразовав его в два сверкающих вихря, как бы двойную спираль. Зрелище было похоже на ожившую нить ДНК, которую я однажды видела в учебном видео на уроке биологии.
Мы с Джашером находились посреди двух подвижных спиралей света. Их энергия отдавалась вибрацией земли под нашими ногами. Эффект от происходящего был просто завораживающим – каждый, даже самый крошечный волосок на моем теле встал дыбом, откликаясь на мягкий ветер, созданный вращением фейри. Вибрация земли подо мной, свечение фейри вокруг, близость Джашера и лунный свет над головой – все это вместе будто перенесло меня в какую-то иную реальность.
Джашер шагнул ближе и обнял меня. Мы стояли, прижавшись друг к другу. Меня окутывало его тепло. Я смотрела на Джашера, краем глаза замечая сверкающий вихрь фейри. Он наклонил голову и поцеловал меня, и это казалось самой естественной вещью в мире. Его мягкие губы коснулись моих, и все мое тело словно растаяло в нем. Это не был глубокий, страстный поцелуй, а, скорее, сладкий и нежный. Я не закрывала глаза – не хотела пропустить карнавал мерцающих звезд. Его глаза тоже были открыты, в их темных радужках отражались огни фейри. Я вглядывалась в эту вселенную падающих звезд, и мне хотелось нырнуть и раствориться в ней.
Джашер, прервав поцелуй раньше меня, отстранился и нежно коснулся моего лица.
– Это ты, – сказал он так тихо, что я едва расслышала, и прижал меня к себе.
– Что ты имеешь в виду? – прошептала я.
Тогда он отпустил меня и отступил на шаг. Парящие фейри расступились перед ним, а затем опять сомкнулись вокруг меня. Казалось, их кружение в мерцающей двойной спирали никогда не закончится. Я не знала, что делать, как поприветствовать их, и просто подняла руки ладонями вверх – словно пугало. Тогда огоньки стали садиться на меня, покидая спиральный вихрь. Волна тепла накрыла меня, сердце забилось вдвое быстрее. Я стала задыхаться под тысячами легких, как перышки, прикосновений. Фейри кружили у самого лица и тоже садились на него, мигая перед глазами и затуманивая зрение.
– Джашер, – позвала я, набрав воздуха и глядя в его сторону. Но у меня едва получалось что-либо разглядеть – из-за мерцающих огней у самых моих глаз его силуэт казался темным и расплывчатым.
– Джорджи, – откликнулся Джашер, и в его голосе слышалось благоговение.
Я вытянула перед собой руки: казалось, они покрыты рождественскими миниатюрными огоньками. Чувствительная кожа головы, все еще влажная после душа, улавливала тончайшее трепетание крыльев, порхавших надо мной. Оглядев себя, я увидела, что все мое тело облепили фейри. Я была человеком, как бы сотканным из их света. Мне едва хватало смелости дышать.
– Почему? – робко выдохнула я.
– Спроси их, – посоветовал Джашер. – Раша назвала тебе свое имя, может, они скажут тебе и то, что им нужно.
– Я могу вам чем-то помочь? – задала я вопрос, глядя на облепившие меня огоньки.
Словно тысяча крошечных колокольчиков зазвенела у меня в голове, и все они шептали одно и то же слово.
– Мудрая. Мудрая. Мудрая. Мудрая. Мудрая. Мудрая. Мудрая.
– Что они сказали?
Я подняла глаза, озадаченная:
– Ничего, что имело бы хоть какой-то смысл.
А потом огоньки вспорхнули и снова принялись кружиться, но на этот раз их сияющая спираль поднялась вверх к открытому куполу и исчезла в ночном небе.
