Строительство нового светлого дома посреди выжженной пустыни – странная затея. Разговорный канал немыслим, во-первых, без прямого эфира, во-вторых, без все той же свободы мысли и слова. Сегодня, когда информационно-аналитическое вещание выродилось в сравнительное жизнеописание двух лучших сынов России, Медведева и Путина, о подобных вещах даже как-то неловко говорить. Доминирующий жанр – монолог. Диалог допустим лишь в том случае, когда данные лучшие сыны говорят между собой, преимущественно по телефону, скажем, о пожарах. (Хотя это уже не диалог политических лидеров, а чистый МХАТ.) В подобной ситуации, как и все у нас на свете, дискуссионный эфир становится лишь имитацией действия, а не самим действием. Мучительный поиск тем приводит к тому, что на канале все время говорят не о главном, а о второстепенном. Поэтому не стоит удивляться, если в день теракта в московском метро на Пятом будут обсуждать, допустим, яхту Абрамовича, а в день принятия поправок к закону о ФСБ – сексуальную жизнь божьих коровок. И в этом не вина людей, составляющих контент, а их беда.
Сегодняшнее ТВ в некотором смысле рифмуется с ситуацией в литературе тридцатых годов. Проницательная Лидия Гинзбург первой заметила «непоправимое перерождение судьбы». Писателям запретили «продвигаться по главной линии», зато приветствовалось и даже поощрялось хождение по «боковым линиям». Что это значит? Это значит, что сама Гинзбург должна была заниматься не любимой поэзией 1830-х годов, как замечает Ирина Лукьянова в книге о Корнее Чуковском, а сочинять сагу о производстве консервов. Ахматова стала переводить корейскую лирику, Пастернак уходит в Гете и Шекспира, Чуковский – в детскую литературу…
Пятый канал – это попытка переводить корейскую лирику без Ахматовой. Сегодня осваивать «боковые пути» просто некому. Чем больше говорят о креативе, тем меньше придумывают. Весь питерский креатив – плод мичуринских усилий по скрещиванию известных программ. В концепции нового канала не заложено ни одной свежей идеи. Отнюдь не случайно первыми были отправлены в отставку два симпатичных проекта – изящный, безукоризненно выполненный «Дневник наблюдений» Сергея Майорова и тонкое психологическое ток-шоу Радислава Гандапаса «Будь по-твоему». Эта продукция штучная, выпадающая из унылой реальности «пятерки». Пока главная здешняя удача – Дмитрий Быков. Так он сам по себе уже готовый формат, юные мичуринцы его только портят, то есть с завидной регулярностью уничтожают авторскую программу Быкова «Картина маслом» зверским монтажом, в котором часто пропущены целые звенья смысла.
Сегодня на канале явно меняется тренд. Он, канал, дрейфует в сторону истории, о чем свидетельствует ставка на блокбастер «Суд времени», полная версия сериала «Рим», многочисленные документальные фильмы о минувшем. Пока шли анонсы, на миг показалось, что передача намерена ориентироваться на гамбургский счет. А это значит, что работы у авторов и исполнителей – непочатый край: сколько стереотипов следует разрушить, сколько клише смыть из культурной памяти без остатка! Ведь современное ТВ исправно ваяет версии нашего прошлого. Процесс мифологизации покоится на трех базовых моделях: Россия почвенная, соборная; Россия державная; Россия советская. И все это чудесным образом сплавляется в массовом сознании в особый русский путь. Более того, примерно к середине девяностых, когда под обломками империи было окончательно похоронено доверие электората ко всем государственным институтам, произошла любопытная штука. Растерянные, уставшие от вечных кризисов люди перепутали границы идентичности. Отныне она проходит через общую историю, где Николай Второй, Сталин и Брежнев слились в экстазе, образовав некий идеальный образ правителя.
