– Не могу же я оставить это существо на Колоконе! Это слишком опасно – отсюда открыта дорога к мирам Эльтара. Оправданный риск закончился, пора поместить объект исследования в безопасную для нас зону. Излин – это на самом краю галактики. И все, что я рассказал про Излин, – правда. Герцог Ронтонте существует в реальности и приносит нам пользу – дестабилизирует весь сектор и поддерживает высокий темп разработок урана, приносящих и ему, и нам немалую прибыль. И он действительно нам заплатил, полагая, что мы проводим генетические разработки с целью производства безукоризненных телохранителей. Герцогу Ронтонте предсказали, что он умрет, отчего бедняга приобрел замашки шизофреника. Боюсь только, ему не открыли всей правды: он умрет в любом случае и не один, а вместе со всей своей солнечной системой. По нашим данным, температура звезды Излина уже в этom году достигнет критической.
– Сверхновая?! – воскликнул советник.
– Возможно. – с самодовольной улыбкой ответил Ланкорус.
– Так вы все же хотите его убить?
– Попробуем. Мне кажется, сверхновая – достаточно сильное средство, чтобы уничтожить любого мутанта.
– Но и герцога?
– Да бог с ним, с герцогом! Погибнет – унесет с собой источник опасности. Уцелеет – послужит, как раньше. И так, и так мы в выигрыше.
– А добыча урана?
– Объемы не столь существенны – на нашей экономике это не отразится.
– А если Гим Церон найдет способ вернуться к нам до взрыва сверхновой?
– Не думаю. Во-первых, за каждым его шагом будут следить. А во-вторых, туда он отправляется с помощью Колокона и для обратного перехода понадобятся координаты другого Кольца Литиса, которых у него нет и не будет. Сверхскоростной разведчик доставит груз и уйдет восвояси. На корабле же Второго кольца наш герой будет добираться десятки лет. Но самое главное – ему в любом случае не в чем будет нас упрекнуть! Мы ведь не пытаемся его убить! Наоборот, сами подарили парню второе рождение. А взрыв звезды – явление природное, непрогнозируемое.
– Насколько я знаю, предотвратить взрыв возможно?
– С помощью специальной инъекции. – Ланкорус встретился взглядом с советником и прочитал в его глазах тревогу. – Нет, милорд, вопрос о спасении системы Излина в Совете не встанет – наши запасы ограниченны и предусмотрены только для собственных нужд. Мы пойдем на финансово-политические потери, лишившись развитого, обитаемого людьми сектора, но никогда не поставим под удар судьбы планеты самого Эльтара. А никто другой на такое не способен.
Обсуждение завершилось. Советник с тяжелым вздохом поднялся.
– Мне все равно не нравятся ваши методы, Ланкорус! Вы темните и ничего не делаете наверняка. А в ваших рассуждениях слишком много переменных. Безопасность Империи не должна организовываться по принципу: «попробуем, получится». Я недоволен.
– Но мы ведь и в дальнейшем сможем полагаться на вашу поддержку? – не сомневаясь в ответе вельможи, улыбнулся Ланкорус.
Советник еще раз тяжело вздохнул:
Боюсь, что мы оба понимаем – у меня просто нет другого выхода.
На судне-разведчике с Гимом Цероном уже не обращались как с гостем. Не было раболепия в комплекте с подчеркнутой холодностью – экипаж «Ворбунга Шоота» относился к сержанту, как к равному среди равных. Было, правда, еще одно: таинственная атмосфера чего-то значительного, которой был окружен любой агент Ланкоруса Дитриеза, заставляла этих людей смотреть на Гима с некоторым почтением.
– Сколько времени уйдет на полет? – спросил Гим у капитана.
– Сорок один час. Колокон забросит нас почти к самой точке назначения. Пока отдыхайте.
Каюта не тянула на номер класса «люкс», это было гораздо меньшее по размерам, удобное, уютное и заполненное всем необходимым для спорта и отдыха помещение. Оказавшись там, Гим сразу же столкнулся с проблемой: как убивать время, если твой организм не нуждается ни в пище, ни в сне, ни в физических упражнениях? Последнее, правда, еще предстояло выяснить...
Откровенно говоря, даже через несколько часов после разговора с Ланкорусом сержанту не верилось, что он стал чем-то особенным. Он слышал, как бьется в груди сердце, его грудь вздымалась и опускалась, прогоняя через легкие привычный объем воздуха, при мыслях о еде во рту появлялась слюна, при мыслях о сне хотелось зевнуть. Все, к чему он прислушивался в своем теле, отвечало привычными реакциями и ощущениями. Ничего не изменилось.
Чтобы отвлечься от самого себя и не позволить болезненной мнительности подтачивать нервную систему, Гим решил заняться тем, что делал раньше. Во всяком случае, ему ведь не сказали, что для модернизированного организма существуют какие-то запреты. Он решил так: время покажет, особенности «вылезут» сами. Пока ничто не доказало обратного, он– человек из плоти и крови.
Несколько часов ушло на общение с тренажерами, час – на сытный, богатый белками и витаминами обед, несколько часов на просмотр информационных программ видеосистемы.
