— А вот так! — Ольга горько всплеснула руками. — Оказывается, эти коровы с полгода назад уже звонили ему. Ну вот перезвонили за моей спиной и договорились на баннер. А я сижу как… как оплеванная просто!
Аксенов не знал, что сказать.
— Черт. Ну это же непорядочно. Ты к начальству ходила?
— Ходила, толку-то. Я за полмесяца не принесла ничего, а эти сучки по полмиллиона в месяц рекламы приносят. Как думаешь, на чью сторону он встанет? — Ольга всхлипнула. — Сил моих больше нету. Только устроилась… Это змеиное гнездо просто какое-то, а не работа. Я уже думаю увольняться. Я же не заработаю ничего! И тогда меня саму просто попросят, — она в бессилии простонала. — Ненавижу!
Но Аксенов уже не слышал ее — все его внимание поглотил новый сюжет в новостях. На экране телевизора всплыла фотография Жилы и телефоны полиции.
— Продолжается розыск особо опасного преступника Артема Жилина, который сбежал из колонии строгого режима в Иркутской области. Как сегодня сообщила пресс-служба УВД города, полиция увеличила вознаграждение за любую информацию, которая поможет силовикам схватить беглеца…
Аксенов знал — он чувствовал — что Жила, где бы он сейчас не находился, тоже смотрит это. Не здесь, так в интернете. И думает, как обхитрить их всех.
И пока что у него это отлично получалось.
Аксенов с ухмылкой наблюдал, как хмурый Фокин разворачивает никотиновую жвачку и отправляет ее в рот. Несколько месяцев назад такое уже было, и Аксенову было любопытно, как Фокин поступит теперь. Тот морщился, разжевывая мерзкую на вкус резинку. Попытался сосредоточиться на компьютере, на котором что-то печатал, но не смог — вкус был слишком отвратный. Не выдержав, Фокин схватил урну и выплюнул резинку, при этом его едва не вырвало.
— Твою же мать, а! Никотиновая жвачка, блин! На вкус, как… как… как канализация.
— Ты на клоуна похож, в курсе? — Вместо ответа Фокин смял какую-то бумажку и запустил в Аксенова, но промахнулся. — Нет, я серьезно. Ты пару лет назад бросал, помнишь — книжку какую-то прочитал и бросил, потом месяца три держался.
— Эта книжка работает только в первый раз, потом бесполезно. — Фокин поспешил перевести тему. — Что там криминалисты принесли?
Аксенов полистал отчет.
— Заключение по машине, с которой труп Молотка за гаражами скинули. Они вроде как уверены, что это «шевроле-нива».
— Вроде как?
— Расстояние между колесами и сам рисунок протектора. Пишут, что это фирменные шины, у них в базе такие уже имеются.
В кабинет заглянул что-то жующий Давыдов с пустой кружкой и ворохом папок под мышкой.
— Мужики, у вас кофе есть? У нас опять кончился.
— Фига се, так купите, — зло буркнул Фокин, доставая зубочистки из кармана. — У нас тут что, вечная халява?
Давыдов удивленно покосился на Фокина. Аксенов отмахнулся:
— Не обращай внимания. Бери, в ящике под чайником.
— Фокин, ты никогда не замечал, что ты бросаешь курить где-то раз в месяц? — едко отметил Давыдов, готовя себе кофе. — Потом неделю ходишь бешеный как черт, потом начинаешь курить снова… И так каждый месяц вообще. Предлагаю эту твою неделю называть «месячными».
Аксенов расхохотался, Фокин зарычал и швырнул в Давыдова еще одну скомканную бумажку, но снова промазал. Аксенов кивнул на папки. — Что это у тебя?
— Сиплые. — Давыдов сгрузил все бумаги перед Аксеновым и отправился наливать себе кофе. — Итого 12 человек, которые могут проканать под нашего человечка. Подходят по возрасту, по опыту, по подготовке и репутации среди воров.
Аксенов просмотрел папки. К обложке каждой была канцелярской скрепкой прикреплена фотография. Итого 12 снимков. Худые, полные, лысые, курчавые, рябые… Одну из папок Аксенов отложил в сторону.
— Этот Сиплый не подходит. Он уехал из города четыре месяца назад в Краснодар и там успел загреметь в СИЗО.
— В его досье про это ничего нет.
— Потому что бардак везде, никому ничего не надо, — раздраженно процедил Фокин. Поймав насмешливые взгляды, он вскочил и, грызя зубочистку, вышел из кабинета. Аксенов покачал головой:
— Ничего, месячные пройдут, опять нормальный станет. Итого у нас 11 Сиплых. Надо бы их по донесениям проверить, что ли. Вдруг на кого-нибудь из них что-то всплывало в последнее время.
— Тебе и карты в руки.
— А звонки Молотова проверил?
Документы была в кабинете, где работал Давыдов. Опера прошли туда, Давыдов передал Аксенову ворох бумаг с распечаткой звонков Молотова за последний месяц: нескончаемая вереница 11—значных номеров с датой и временем звонка и именем абонента.
— Побазарить он был не дурак. Есть пара судимых, я пробил обоих — торчки, — сказал Давыдов, плюхаясь в кресло.
— А бабы?
— Никаких саун и борделей, проституток тоже. Хотя есть одна бабенка, сейчас… — Давыдов взял блокнот и пролистал несколько страниц. — А, вот. Кристина Рыжкова. Она есть в базе, ее задерживали в прошлом году. Была стриптизершей в казино, которое УБЭПовцы накрыли в Центральном.
— Любопытно вот, — заинтересованно отозвался Аксенов. — Куда может податься девушка, которая любит зарабатывать бабки своим телом?
Давыдов ухмыльнулся:
— В спорт?
