И тут меня такая обида взяла. Жил себе, как полагается, эльфийских туристов раз в месяц грабил, белке в глаз вернее всех попадал, а потом р-раз — и все вверх тормашками стало. И тут еще этот старик откуда-то привалил…
Старик, но какой! Росту в нем футов семь, да кулачищи здоровенные: десять раз подумаешь, прежде, чем с таким связываться.
— Ну что, идешь со мной? — гаркнул, словно громом окатил.
Попробуй откажись. Но какой же темный даст себя так просто запугать? Это, как-никак, наша привилегия, нас все бояться должны, а не наоборот — о чем я деду и сообщил. Аккуратно так, мол, нечего чужие двери портить, и что ему, эльфов своих мало? Те бедолаги из кожи вон лезут лишь бы внимание привлечь, а он непотребства всякие вытворяет, темных с пути сбивает. Думаете, сработало? Как же.
Без своего костюма Хозяин Зимы выглядит не особо приметно, комплекции богатырской да силы немалой (а вы думали, легко такой мешок за собой таскать?!), но в остальном — дед как дед. Но вот если смеяться начинает, тут его разом все и узнают. В смехе этом и вой вьюги, и зов бубенцов, и раскаты грома. До самых поджилок дрожь пробирает, сосульки на крышах лопаются и кошки котятся. А дед посмеялся, почесал щеку под кучерявой бородой и заявил:
— Хочешь-не хочешь, а выбора у тебя особо и нет, — пальцем узловатым мне в грудь ткнул и снова хрюкнул довольно. Вот же гад!
Я как заглянул под куртку, так и обомлел. Лед — та самая частичка зимней магии, что как ни старайся, не выковыряешь. Засела и не отпускает, а холод от нее лютый, до костей пробирает.
— На Огненной горе ты теперь недолго протянешь, жарко слишком. Так что один тебе путь: со мной на север. А коли не пойдешь, так и совсем растаять можешь.
***
Рождественские эльфы — те еще гады, скажу я вам. Терпеть не могут новичков, устраивают им то испытания, то просто подлянки, да еще и всю грязную работу непременно сваливают на них. Если заделался зимним эльфом, будь уверен, что первым делом тебя отправят чистить конюшни летающих оленей, оттирать краску на столах после росписи подарочных игрушек или…
Как на почту?!
От жизни с Хозяином Зимы я ожидал многого: много неприятного и неприятно много приторных, наигранных улыбок, от которых сводит зубы. Но точно не душной маленькой комнатки, сверху до низу заваленной непроходимыми горами конвертов! Я и не представлял, что их вообще может быть так много в одном месте. А жирная полярная сова нагло заглянула в окно и на наших глазах бросила вниз еще одно, издевательски-плавно спланировавшее к тысячам собратьев.
— Кажется, твой предшественник был насмерть завален кипами непрочитанных писем, когда случайно чихнул. Так что ты это… Поосторожнее! — ухмыльнулся старший эльф, позвякивая ключами от двери в комнату.
Поиздеваться решил, чтоб его подагра побрала! А Хозяин Зимы глянул на него хоть и строго, но явно не всерьез — сразу видно, любимчику тут все можно. Кроме воровства леденцов, разумеется.
— Задание совсем не сложное, — с широченной улыбкой начал инструктаж Хозяин. — Тебе нужно прочитать все эти письма и внести их авторов в журнал. Всего три графы: кто таков, какой подарок просил, где живет. Только перед этим не забудь свериться, есть ли проситель в белом списке.
Список — то есть необъятный свиток без начала и конца — тут же был вытащен из бездонных карманов и водружен на единственное свободное от конвертов место. Я схватился за голову. Потом за сердце. Потом опять за голову.
Прочитать? Все это?
Вы не подумайте, грамоту темные тоже изучают, так что задание и впрямь казалось нетрудным. Но вот так целый день просидеть на одном месте, утопая в рутине — худшее наказание, которое только можно было придумать. В тишине пыльной комнаты, где и подраться не с кем, и отвлечься не на что. Да больше того: Хозяин даже пауков убивать запретил, потому что они, видите ли, тоже хорошие. Знай себе чихай над бумагами да перьями скрипи, словно школяр какой, и так покуда Новогодье не закончится.
Да я со скуки умру быстрее! Плесенью до самой макушки зарасту! Спа-си-те-е!
***
— А ты неплохо справляешься, — радостно подметил дед, заглядывая ко мне в каморку. — Быстрее, чем мы ожидали. Эльф Милорад даже поспорил с гномами на то, сколько ты продержишься, и оба проиграли.
От этой снисходительной похвалы засвербило в одном месте и тут же захотелось огрызнуться в ответ, но не успел я распрямить ноющую шею, как он, перелистывая длиннющий список просителей, выведенный моим корявым почерком, уже переключился на другую тему.
— Вот тут я вижу один странный адрес. Неужели письмо и впрямь пришло с самого Лунного острова? Того, на котором никогда не праздновали Новогодье?
Я скромно пожал плечами. Ну, а что, темные эльфы его тоже не празднуют, но я же каким-то образом здесь. Но дед не унимался.
— Охо-хо, это ведь надо как-то доставить к ним подарки. Но как, если мои эльфы ни за что не согласятся полететь на Лунный? Боятся они, понимаешь ли…
