А то, что делать это в ближайшем будущем никто и не собирается Азорра умолчал. Как бы это ни было неприятно ему лично, но девушка умудрилась с маниакальной точностью угодить в наложницы не к кому-нибудь, а к самому Лейву Сиятельному. И трудно, и украсть у него любимую женщину (даже если она для него только игрушка) значит удавить в зародыше возможность наладить диалог. С другой стороны, и это, пожалуй, самое противное: пока Шерил находится рядом с фактическим правителем Светлых, она может узнать слишком много всего важного, чтобы айям было выгодно извлекать её оттуда прямо сейчас. И совсем уж несложно догадаться, с чьей подачи Светлые вдруг решили поделиться таким полезным секретом: до сих пор, ни одна из их попыток вступить в диалог не подкреплялась настолько весомым подтверждением благих намерений.
Первый библиотечный порыв прошёл когда Шерил поняла что там для неё, конечно же много всего интересного, к примеру весьма любопытным оказался тот факт, что кьензы были родом из прародины Сиятельных и там их носили сами кхоны (а вырвавшись на свободу поспешили нацепить уже на свои игрушки), но вот полезного не очень. А выйдя из добровольного книжного заточения поняла, что в замке полно интересных мест и обитателей.
Впрочем, последних, обитателей, ей приходилось изучать с некоторого расстояния. Так уж получилось, что её положение оказалось где-то посередине между слугами и господами и нормального общения не удалось наладить ни с теми, ни с другими. Это обстоятельство в который раз заставило её затосковать по стране крылатых, где у неё достаточно быстро образовались и друзья и просто приятели. Нет, Горный Престол не был государством утопического равенства и братства, но в существовавшую там иерархию знаний она неплохо вписалась, так же как раньше была вписана в иерархию таланта на своей родине. А вот в иерархии богатства и родословных пришелица неизвестно откуда себе места не нашла. Для общения ей остался Лейв и ещё иногда, изредка, одна дама, из Сиятельных, для которой важность мнения общества и светские условности остались в далёком прошлом. Алида Сиятельная, которую Лейф иначе чем «старой змеёй» не именовал, хотя ничего особо змеиного, кроме старческого сиплого голоса, Шерил в ней не находила. По-своему очень неглупая тётка и, кажется, даже не злая. По крайней мере, к ней можно было присоединиться во время сеансов рукоделия, которыми та предпочитала занимать свои утренние часы, когда свет падающий в угловую мастерскую был особенно чист и прозрачен. А пока руки были заняты чем-то умеренно-бессмысленным, вроде вышивки лентами, можно было поиграть в вопросы и ответы.
— Странно, что вы предпочитаете жить все в одном доме, пусть и таком большом как этот, — подкинула она тему для разговора в один из дней.
— Необходимость, — ответила та, не отрываясь от пялец.
— Чем выше положение, тем больше условностей?
— Дерзишь? — старая дама подняла взгляд от своей работы.
— Любопытствую, — мгновенно открестилась Шерил, вовремя вспомнив, что не стоит портить отношения с той из немногих, с кем можно нормально разговаривать.
— Особенности нашего дарования таковы, — Алида вернулась к рамке, на которой была натянута канва и продолжила размеренно-повествовательным тоном, — что нормально он развивается, только если нас достаточно много. В противном случае дар у ребёнка не просыпается полностью, либо же, проснувшись, начинает угасать. Существует довольно сложная формула, в которой учтено количество кхонов на единицу пространства, индивидуальная одарённость каждого взрослого, продолжительность времени, когда эти условия могут не соблюдаться без серьёзных последствий для развития подрастающего поколения. Ну и тренировки тоже никто не отменял. Если же все они соблюдены, формируется то, что в теории называется полем силы, а сами мы ощущаем как пространство наиболее комфортного обитания.
— Точно, Лейв что-то такое говорил, — вспомнила Шерил. — И что, и здесь тоже юные кхоны растут? Я не видела ни одного. Или не узнала?
— Не видела. Кто бы дал доступ простой наложнице к особо охраняемым лицам? Дети, до того как полностью раскроется их дар, особенно уязвимы.
— Интересно, а у самого Лейва здесь наследники есть, или только общинные дети имеются? — на предыдущее замечание Алиды Шерил практически не обиделась — новая мысль показалась ей намного занимательнее.
— Трое, — огорошила её старая дама, и искоса, оценивающим взглядом осмотрела девушку. — Но не обязательно среди них будет наследник. Им становится не самый старший, а тот, на кого укажет родитель, кого сочтёт самым достойным. Так что это могут быть и твои дети.
— Да? — Шерил не могла прийти в себя от удивления. Трое. Значит, её любовник является практически многодетным папашей и ни разу, ни словом в разговорах с нею об этом не упомянул. — В ближайшем будущем детей в моих планах нет.
Старая дама отложила вышивку и, уже не скрываясь, оценивающе оглядела девушку. Вздохнула, отвернулась, уставившись в окно и, невесть с чего сделала вывод:
