– Траттен – красивый город. Здесь есть на что посмотреть. Кстати, мы подумываем снять жилье, а то в гарнизоне слишком много раздражающих факторов.
– Это да, – грустно протянул Вайнер, наверняка подумавший, что с нашим отъездом драгоценные зелья останутся без дополнительной защиты. – Что-то уже присмотрели?
– Пока просто присматриваемся. Вчера симпатичный вариант предложили. Вдова целителя. Кстати, она очень нелестно отзывалась о Фогеле. Он действительно настолько плох?
– Не самый сильный, – уклонился от прямого ответа Вайнер.
– И герцогское семейство этим удовлетворяется?
Я удивился не на шутку. Чтобы Матильда согласилась на что-то второсортное? На нее непохоже. Или Фогель умеет пускать пыль в глаза, или держат его не как целителя. Но если держат его не как целителя, то как с этим мирится уже герцог?
– Его Светлости более важна лояльность, – заметил Вайнер. – Сам он если что и ошибку заметит, и исцелит. Он ведь тоже получил целительское образование. Практикует, конечно, мало, но статейки пописывает.
В его голосе сквозила снисходительность к подобным герцогским развлечениям.
– Мне он не показался человеком, способным на научную деятельность, – удивилась теперь уже Фридерика. – И он ни о чем таком не упоминал…
– И тем не менее он ею занимается, – усмехнулся Вайнер. – К нему даже консультироваться ездят по лечению поражений орочьим шаманством. Говорят, один из лучших в Гарме, если не лучший.
Информация было неожиданной, и до самого обеда я пытался увязать ее с тем, что было уже известно. Выстраивающаяся картина мне не нравилась, и очень.
А в обед принесли приглашение от герцога на очередное вечернее представление.
В этот раз гостей на представлении было намного меньше: даже полковника не пригласили, чему тот неприятно удивился. Зато присутствовал Фогель, выглядевший спокойным и расслабленным. Я его украдкой рассматривала, пытаясь понять, говорил ли Кристиан правду и если да, то что в нем привлекло сестру. На первый взгляд, ничего выдающегося в этом иноре не было, а если вдова городского целителя сказала правду, то Марту и профессиональное мастерство не могло восхищать. Сильно углубляться в размышления не давали: с одной стороны – герцог, необычайно воодушевившийся при моем появлении, а с другой – Гюнтер, весьма мрачно отвечающий на приставания герцогини. Та вилась вокруг него, как назойливая муха, так и норовя увести подальше от собственного мужа. И от меня: на меня она смотрела почти с ненавистью, не забывая улыбаться. Улыбка больше напоминала оскал: острые белые зубки были нацелены прямо мне в горло, а взгляд обещал крупные неприятности, если я продолжу удерживать Гюнтера.
Но я лишь крепче хваталась за его руку: заставить меня отпустить мужа сегодня было нереально. Слишком свеж еще был наш разговор перед приходом сюда. Сначала Гюнтер заявил, что я должна остаться в гарнизоне. Сам-то даже не раздумывал, сразу собрался идти в логово врага. Только в логово ли, а не к Матильде? Вчерашний день оставил ощущения какой-то недосказанности. И недоделанности: если уж Гюнтер настаивал на репарациях, мог бы и по-настоящему поцеловать…
– Вряд ли герцог нападет в собственном доме и при множестве свидетелей, – заметила я. – Чем я рискую?
– Жизнью, – напомнил Гюнтер. – Мы знаем уже о двух смертях.
– Смерти могли быть и случайными, – возразила я. – Не связанные ни с герцогом, ни с герцогиней.
Я не верила в это сама, но все же… Все же такую вероятность отбрасывать нельзя. Мы пытаемся распутать клубок, потянув за ниточку, а вдруг это ниточка вообще из середины другого клубка?
– И розы тоже случайные, – кивнул Гюнтер. – Случайно выросли на случайном участке. Случайно встроились в охранное плетение.
– У герцога таких нет, – уверенно ответила я.
– Снаружи, – уточнил Гюнтер.
Уточнение удивило. Неужели он думает, что Его Светлость в дополнение к целительству увлекается милыми комнатными цветочками, способными постоять не только за себя, но и за хозяина? Таким чудовищам нужен простор и много земли. Да и попробуй скрыть от прислуги: наверняка заметят странности и поползут слухи. Впрочем, кто сказал, что слухов нет? Кристиан точно что-то знает…
– Ты что-то заметил? Вряд ли такого монстра можно вырастить в горшочке на окне, – засомневалась я.
– Нет, я не рассматривал возможность этого, – неохотно ответил Гюнтер. – Но горшочки бывают разного размера…
Большому дому – большие горшочки? А герцогский особняк был приличных размеров.
– И как мы будем искать розы в герцогском доме?
– Я. Ты останешься здесь.
– Нет, пригласили нас двоих, и будет подозрительно, если я не пойду.
– Придумаем что-нибудь. Ты меня будешь отвлекать.
– От Матильды? – не удержалась я.
– Ревнуешь?
