Рениан с детства недолюбливал зеркала, их заманчивый блеск никогда не внушал доверия. Поэтому любимый дядя рассказывал племяннику различные поучительные истории. Считая, что любая легенда способна ответить всем и всякому практически на любые вопросы. И однажды юный принц услышал песнь о монстре, что живёт в зеркалах и может выскакивать из них, когда пожелает. Нэморилл – также известный как Монстр Зеркал стал неотъемлемой частью жизни Рениана. И не сказать, чтобы история принесла ему умиротворение. Напротив. Эльфийский принц лишь убедился в своих подозрениях, избегая в них отражаться целые века.
– Он боялся, всегда боялся, – почти неслышно сказал Арнес, глядя на Рениана, впустую использовавшего амулет.
– Чего боялся? – прошептала Лис.
Ей было неуютно. Жуткие силуэты в зеркалах казались знакомыми. Призраки не зачаровывали её сердце, а пугали и холодили кровь. Девушка вздрогнула, когда один из них выпрыгнул из тюрьмы и проплыл над ней, а затем нырнул в тёмную гладь и исчез.
– Духов зеркал… – Арнес заворожено смотрел на Рениана, но не двигался с места.
Король крепко держал Лис за руку, не позволяя ей подходить к нему.
– Он тысячу раз слышал историю о Монстре Зеркал, ныне о нём почти забыли, поскольку чудовище сгинуло ещё в начале третьей эпохи – Дидэйл. Легенда иль история прошедших лет, я и подумать не мог, что она так отразится на его сознании. Хотя… – Арнес о чём-то задумался, будто вспоминал давно забытую сказку. – Да, я не всё предусмотрел…
– Что не предусмотрел? – тревожась, спросила Лис.
Осколки вины звучали в голосе Арнеса, и девушку это сильно настораживало, но какая-то часть смутно догадалась, о чём вспомнил он.
И как же ей хотелось забыть об этом навсегда.
– Скорее всего, ты знаешь, о чём я говорю. Или Король Сирен или Лафрон рассказали тебе о прошлом. О Латалии Руил, невесте Рениана много лет назад, – Арнес не смотрел на неё, он следил за принцем.
– Да, рассказали, – виновато произнесла Лис, ей было стыдно за свою прошлую жизнь, хоть и знала о ней лишь понаслышке.
Воспоминания так и не желали возвращаться. Странная неловкость возникла между ними. Арнес ничего не говорил, да и девушка не хотела нарушать молчание. Неважно как давно это было. И неважно, что она этого не помнит. Время не стирает ошибки, возможно, лишь с веками сглаживает их последствия. Но вину и стыд стереть невозможно, если не помнишь причины своих поступков.
Врал ли Лафрон? И что скажет ей Рениан, когда они смогут поговорить?
– Тогда небольшую часть событий ты знаешь, но вряд ли кто-то из них рассказал о твоей гибели, – не обращая внимания на её скованность, Арнес продолжил: – Мне следовало раньше рассказать тебе обо всём, но Рениан был против, а он на это имеет полное право. Сейчас у нас есть лишь несколько минут и нужно вызволить его из этой комнаты, – кинув быстрый взгляд на неё, он слегка прищурился и изумрудный свет поглотил комнату.
– Я… – Лис осеклась, ей было трудно представить себя принцессой, возлюбленной эльфийского принца. Поэтому она решила говорить о себе в третьем лице.– Латалия погибла в зеркале, подаренном ей на помолвку, – глянув на Рениана, Лис стало совсем неуютно, хоть и было ему не до неё сейчас. Девушка чувствовала свою вину и ничего не могла с этим поделать.
– Почти, но не совсем так. Латалия вернулась в замок и незамеченная проскользнула в свои покои, где, как ты знаешь, и стояло это треклятое зеркало. Я думаю, оно привлекло её внимание и поглотило в тот момент, когда она коснулась его поверхности. Оказавшись внутри, принцесса уже не смогла выбраться и провела в нём какое-то время. Рениан беспокоился и предложил королю осмотреть комнату. Когда они зашли, принц сразу заметил зеркало – одно из девяти. Он знал, что такие вещи таят в себе силу дьявола, хоть и самое страшное из них находится в замке Огненного Королевства.
– Подожди… – перебила его Лис. – Разве зеркало Дьявола не одно?
– Конечно, нет… – Арнес покачал головой. – Были и другие. В мире их всего девять и одно из них пришло к Латалии как подарок на свадьбу, а не помолвку, – повернувшись к ней, король продолжил, но уже шёпотом:
– И стоило Рениану подойти к зеркалу, как его поверхность вспенилась и где-то в тёмных глубинах, он увидел Латалию. Прекрасную как ангел и далёкую от мира живых. Они звали её, но Латалия уходила всё дальше и дальше от них. Рениан не выдержал и коснулся взбудораженной глади, и в тот же миг зеркало треснуло и рассыпалось, – голос Арнеса затих.
Молча переглядываясь, они оба забыли о Лафроне и о быстротекущем времени. Перед ними была пустая комната, освещённая луной, где серебрилась ткань свадебного наряда в углу, и напротив безмолвно и гордо возвышалось зеркало, точнее, его впечатляющая рама. Всё, что осталось от одного из девяти проклятых зеркал. Мгновение и видение исчезло. Арнес нервно подёргал кулон, и блёклый свет вновь замерцал.
