- Так что, Ярина Логиновна, не за что любить мне кнежа здешнего. Да только не в нем дело. Ворог наш того кнежа посильнее. Погибель нам грозит - и тебе, и мне. И не от кнежа Сагора вовсе. Не понимаешь?
Не понимала Ярина. Но странное дело - поверила. Не шутит Дикий Пан и над ней не глумится. Вроде бы и в самом деле договориться хочет.
- Зачем ты мне нужна, потом скажу. А погибель вправду близка. И думать нам о том вдвоем придется. Крепко думать, Ярина Логиновна! Ну да ладно, отдыхай пока, после поговорим…
Встал, кивнул, взялся ручищей за полог.
Словно очнулась Ярина. Словно цепи с рук упали да кляп из горла вынули.
- Не на чем нам мириться, нелюдь!
Крикнула, вперед подалась. Встать хотела, да ноги не пустили.
- Не на чем! Не на чем, слышишь? Живой буду - убью тебя, анчихриста! А помру - мертвой вернусь. Слышишь? Вернусь - и с собой уведу!
Покачал головой пан Мацапура. Вздохнул. Словно была Ярина ребятенком неразумным.
- Убивать тебе меня, панна сотникова, и не надо. Визу не продлишь, так жить нам с тобой осталось много - год. Да и года у нас нет. Вот и весь сказ.
Сказал, снова головой мотнул, полог задернул. Ушел. Только половицы скрипнули.
И вновь подушка камнем показалась…
Она искала его в небе, но пусто было под звездами. И в земле дальней, где лед зеленый мерцает, тоже искала - и там не нашла.
Кричать - не услышат, дальше лететь - воздух не пускает. Бьют впустую крылья, каждый взмах болью отдается…
- Денница!
Позвала - и замерла. Тихо, только звезды холодные перемигиваются. Но вот издалека, из черной дали, еле слышным эхом донеслось:
- Я - Денница!…
Рванулась в небо Черная Птица, ударила крыльями.
- Я - Денница. Я - Несущий Свет. Уходи, уходи Ирина! Сейчас… Сейчас не время. Сейчас - война.
- Нет! - она закричала, глотнула ледяной воздух, обернулась, надеясь его увидеть…
Тщетно! Только тьма, только звездный огонь.
- Денница! Денница! Я хочу быть с тобой! Я хочу быть с тобой!…
- Хорошо. Протяни руку.
Черная Птица взмахнула крылом… рукой, в глаза ударило синее пламя, закружило, бросило в сверкающий, кипящий водоворот…
- Не бойся! Я здесь!
Ярина кивнула - ей не было страшно. Его рука была тепла и тверда.
- Когда откроешь глаза - не удивляйся. Ты увидишь не все. Даже я вижу не все.
Она удивилась, хотела переспросить, но поняла - не время. Не все? Ну и пусть! Лучше что-то, чем пустое ледяное небо.
Ярина открыла глаза. Открыла, зажмурилась…
Голубым огнем горела сталь. Слепящей лазурью. И был таким же лазурным стяг - огромный, тяжелый.
- Кого ты привел, сын греха? Или забыл Азу и Азеля? Забыл своего отца?
Синим светом сверкали глаза того, кто стоял напротив. И не было у него возраста, как нет возраста у небес.
- Я ничего не забыл, Архистратиг! Она - дочь Хавы. Сейчас решается и ее судьба тоже.
Ярина оглянулась. В темно-лиловом плаще стоял Денница - без лат и без шлема. Лишь серебряный обруч сверкал в волосах.
- Пусть остается, - Архистратиг презрительно скривился. - Она все равно ничего не увидит. Не увидит - и не поймет.
Ничего не поймет? Девушка быстро осмотрелась. Ну так уж и ничего! Холм, вокруг поле, а поперек поля - войско. И еще одно - напротив. А тут, никак, переговоры?
Над миром Божиим стояла серая тьма. Ничего не разглядеть - ни хоругвей, ни доспехов. Но почудилось Ярине, будто сила, что за спиной Денницы стоит, совсем малая. Добро если пара сотен наберется! А напротив…
- Ты рассчитывал на пять войск, Несущий Свет? Ты ошибся. Они все со мной - и Задкиэль, и Рафаэль, и Иофиэль, и Рахаб, и другие. А во главе них - я. Не ожидал?
Легко улыбнулся Денница. Поднял взгляд к серым небесам.
- Не ожидал, Архистратиг. Значит, и ты теперь - раб Самаэля?
Темным огнем полыхнули синие глаза. Дрогнул голос.
- Лучше… Лучше поклониться Самаэлю, чем тебе, сын греха! Лучше сохранить порядок, пусть даже ценой крови, чем дать волю этим… этим…
Молчал Денница. Молчал, в серое небо смотрел.
- Ты знаешь, я долго ждал. Я не хотел вмешиваться. Но сейчас - время выбора. Если рухнут Рубежи, мир превратиться в хаос!
- Так сказал Самаэль, - Денница усмехнулся, не отводя взгляда от серого марева наверху. - А я скажу другое. Когда рухнут Рубежи, дети Адама станут, наконец, свободными. И настанет новый мир.
Колыхнулся голубой стяг. Злым пламенем горели глаза вождя в сияющих латах.
- Мир низших тварей! Мир грешной плоти!
- Я покажу тебе вещь, - Несущий Свет протянул вперед руку, раскрыл ладонь. - Ты скажешь, что это, без подсказки? Я приведу к тебе зверей и гадов земных по роду их. Сможешь ли ты дать им имена? Не сможешь! Люди - смогут. Человек - Его образ. Человек - не ты! А ты лишь Существо Служения!
О чем они? Ярине вдруг показалось, что слыхала уже она о таком. Слыхала - или читала, или Хведир-Теодор рассказывал…
- Это все слова, сын греха! Только слова! Я не знаю имен зверей и гадов, зато знаю, кто ты, Светоносный! Тебе не поможет словоблудие. Чтобы сокрушить Семь Воинств, нужно иное, совсем иное. Веди своих заброд! Веди! Чего же ты ждешь?
- Знака! - рука Денницы еле заметно пожала ее пальцы. - Знака, Архистратиг!
