— Ты это предлагал тогда, когда этого делать не надо было. Подожди, проверь себя, меня тоже, чтоб ни одной дурной мыслишки, чтобы только любовь. Разве в бумаге дело?
— Вчера тот парень, с полярной станции… Он слишком вольно себя держит с тобой. Мне неприятно, и это не только ревность. Согласись…
— Ты неправильно понимаешь мои отношения с людьми. Я не знаю, о чем ты думаешь. У меня с этим парнем не могло ничего быть ни раньше, ни теперь тем более. Пойми, не могло быть. Может быть, ты хотел, чтобы я при всех ударила его. Но за что? Я сказала, мне никто не нужен. Я люблю тебя. Неужели это так трудно понять?
— Тогда почему он пытался обнять тебя?
— Потому, что ты был здесь. Он дурак, причем злой дурак. Я не хотела скандала, и прекрати этот допрос. Не могу больше. Жизнь сложнее. Я сама не знаю, что делать. — Еле сдерживая слезы, она отвернулась.
Николай не знал, как продолжить разговор, чем заполнить угрожающую паузу. Полина стояла у окна. Плечи ее вздрагивали. Николай присел на край стула. Ему захотелось уйти. Не о любви он думал в эту минуту. В чем его вина? Почему так болезненно она воспринимает его слова? Разве он виноват в том, что слишком много грязного, несправедливого в словах людей! Уйти?! Против этого восстает и разум и сердце. Очень близкой стала она ему. Все в ней красиво: и волосы, и губы, и маленькие руки, и вся она, полная желанием жить и любить. Почему ее прошлая жизнь не волновала его до такой степени раньше и только сейчас он думает о ней с неприязнью. Потом вдруг понял окончательно, что не уйдет от нее. Любовь к Полине и ненависть к прошлому ее переплелись и породили в нем вот это мучительное чувство. С какой радостью он уехал бы с ней куда угодно, еще дальше на север, к полюсу, только бы избавить и ее и прежде всего себя от наглых глаз ее бывших поклонников. Маленький, с виду тихий поселок, но ходишь в нем действительно, словно голый. Николай сидел, погруженный в свои раздумья, не замечая, что Полина давно глядит на него с тоской и нежностью.
— Коля, я понимаю, о чем ты думаешь. Уходи. Придешь, когда можно будет, когда найдешь нужным.
— Полина…
— Я очень прошу тебя: уходи.
— Я останусь.
Николай встал и притянул ее к себе. Она не отстранилась.
— Ты должен уйти сейчас. Я люблю тебя.
Полина целовала его порывисто, до боли, провела рукой по его лицу и решительно подтолкнула к двери.
Астахов вышел. По пути в общежитие он пытался привести в порядок неразбериху в мыслях. Почему она настояла на том, чтобы он ушел? Чего хочет эта женщина и как понять ее? Она любит его. Эта мысль успокаивала. В последние дни он дважды заходил в поликлинику, где Полина работала медсестрой. Там она смущалась, разговаривая с ним в приемной на виду у всех, но вместе с тем и не могла скрыть радости. Эти встречи среди знакомых людей как бы устанавливали простые, человеческие отношения между ними. Они не скрывали своей любви, и от этого обоим было легко и радостно, и все же, когда Николай оставался один, он невольно представлял себе ее прошлую жизнь, о которой немало говорили, и того, который уехал… Что за отношения были у них, была ли любовь? Почему она не уехала с ним? Хуже всего, что Николай не может задать такого вопроса Полине, ни при каких обстоятельствах, и не задаст его, а Полина никогда не делала попытки рассказать об этом. Ему хотелось знать правду, но только не из уст Полины, а как-нибудь случайно и чтобы эта правда была бы не очень жестокой. А, собственно, какую правду он хочет знать? Разве Полина не вольна была поступать так, как хотелось ей? Она не бесхарактерная женщина и вряд ли ее можно было бросить, скорее наоборот. Значит, любви не было… Стоит ли копаться в прошлом? Подсознательно он чувствует, что несправедливо относится к Полине. Тогда он готов оправдывать ее и осуждать себя. Но ведь бывает и по-другому… Когда он предложил ей жениться, она уклонилась от прямого ответа, и сейчас еще ничего определенного. Кажется, она права. Не в бумаге дело, и он не так уж решительно настаивал на этом. Надо очиститься от всего, что мешает, и чтобы ни одной обидной мысли. Она права, черт возьми! В конце концов у них будущее, и совсем не трудно понять, почему она сегодня захотела быть одна. От нее ничего не скроешь. Она умнее и сильнее, чем он думал о ней раньше. Вот если бы утвердиться в этой мысли! Была минута, когда он хотел вернуться, но, постояв немного в раздумье, он зашагал дальше. Николай чувствовал, что в эти минуты в его душе совершается один из тех переломов, которые скажутся на его отношениях с Полиной, а может быть, и на его жизни.
Туман оседал на лице холодными каплями. Дома серой массой вдруг вырисовывались в белой гуще. Лампочки на вышках превратились в красные пятна. Скользкие мелкие камни шуршали под ногами, нарушая тишину белой полярной ночи. Николай осторожно приоткрыл дверь комнаты. Товарищи спали. Под одеялом, чувствуя приятную теплоту, он прислушивался к шуму усиливающегося ветра: если туман разгонит, завтра полеты.
