Итальянцев загнали в тот же трюм. Где стояла невыносимая вонь – так как предыдущие два дня пленников не выпускали на палубу. И «Прекрасная Лючия» начала неторопливое движение к английскому правосудию, в Александрию.
Мы стартовали с расчетом, чтобы быть на «Лючии» к двум часам ночи. К самой середине «собачьей вахты», наиболее нелюбимой моряками. Шли на резиновых лодках с мотором, которые после получат широкую известность, но пока что во всех флотах считаются исключительно спасательным средством. На похожих мы в Атлантике уран для «Манхеттена» брали – только моторов тогда не было таких, это уже с нашим послезнанием делали. Радар их не берет (проверено), мотор разгоняет до двадцати узлов, по тихой воде – а на тихом ходу (экспериментально установлено) безлунной ночью, как эта, такую лодку не видно и не слышно за пару кабельтовых с гарантией. Француз Бомбар уже в прошлом 1952 году на такой лодочке (парусно-гребной, без мотора) Атлантику пересек. Но пока еще «зодиаки» тут экзотика, в десантно-спецназовском деле сильно недооцененная. Во всех флотах, кроме советского.
Английские морские коммандос даже в конце века носили прозвище «байдарочники» – правда, байдарки у них были особые, которые нырять могли, балластные отсеки затопил, электромотор запустил, ну а экипаж (один-двое), конечно, в дыхательных аппаратах. Глубина погружения, правда, была мизерная, как и емкость батареи для подводного хода – но нырять предполагалось лишь при непосредственной угрозе обнаружения противником. А так вполне могли пройти на веслах пару десятков миль, где-нибудь в Малайском архипелаге меж захваченных японцами островов. И воевали, без преувеличения, очень даже неплохо! Но у байдарки был один критический недостаток – малая вместимость и грузоподъемность. «Зодиак» во всех отношениях лучше, только не может нырять – что, в общем, и не требуется.
Было шестнадцать лодок. Десять наших, на все сорок восемь человек. И шесть – с итальянскими экипажами. У них была особая задача и строжайший приказ на походе держаться позади, и христос вас упаси потеряться, а как только вывалят за борт грузы и поставят завесу, немедленно отваливать домой, не дожидаясь нас. Туда шли самым малым, малошумным ходом, и выхлоп под водой. Не доходя до «Лючии» трех кабельтовых, сбросили сначала группу разведки (четверка Репея), а затем первый эшелон (три четверки, плыть под водой). Я вел первую – со мной были Мазур, Финн, Тюлень. Вот борт парохода над головами, сбрасываем аппараты, ласты – дороги назад уже нет. И бесшумно лезем на палубу – поверьте, что у подводного спецназа есть для того и техника, и тренировка!
Судно типа грузопассажир – надстройка, где каюты, и мостик занимают кормовую половину, а в нос идет грузовая палуба с трюмными люками. И полубак в самом носу, где якорь и все для него – шпиль, цепной ящик, ну и как часто бывает, боцманские кладовки. Там дежурили двое бородачей со «стэнами» – место удобное, но не надо кемарить на посту, идиоты. Хотя они не спали, а периодически оглядывали горизонт (в ночи, совсем близкий). Они умерли первыми, быстро и бесшумно. В это же время на палубе работали четверки Рябого и черноморцев (старший у них откликался на позывной «Варяг»). Ну а Репей, высадившийся в корме, должен был не только разведку провести, но и зачистить бодрствующих.
Таковых было немного. Еще шестеро басмачей были на палубе – но не спал лишь один, и тоже не успел ни выстрелить, ни крикнуть. Можно дать сигнал нашим, кто в лодках ждет – путь свободен. Синим фонариком мигнуть, два коротких, один длинный. И пока подходят, проверить люки (вдруг в трюмах еще британские морпехи в засаде сидят) – нет, заперты так, что изнутри не открыть.
И когда подошла основная группа, началась работа по зачистке помещений. На словах простая – продвигайся, не оставляя неосмотренных секторов, и зачищай там всех, пока тебя страхуют, затем страхуй тех, кто двигается и зачищает. Расположение судовых помещений мы в общем знали, я уже сказал – где-то даже стрелять не пришлось, спящих пиратов брали в ножи (многие были пьяные или обкуренные), а в одной каюте так обнаружили двух бородачей друг на друге, тьфу – так и отправились к своему Аллаху в непотребном виде. Конечно, стрелять иногда приходилось, так из бесшумок это было не громче шампанского. Но все ж совсем по-тихому не обошлось!
В каютах первого класса (второй ярус надстройки), где, предполагалось, будут главари, был приказ валить не всех, а по возможности брать в плен. Входим, видим – женщина на койке, раздета, не арабка, и четверо бородатых, один в процессе, остальные смотрят и гогочут. Стреляю в того, кто мне показался самым опасным – ну а прочим руки вверх, живо!
