Рука Короля Солнца [litres] полностью

Рядом с костром лежала груда, как мне сначала показалось, плоских камней, но когда мы подошли ближе, я увидел, что это кости – дюжины бычьих лопаток, сложенных вместе.

Их покрывали буквы, которые я не узнал.

– Пока ты не спросил, – прошептал Доктор Шо. – Это не черепа, а кости. Черепа новые… среди прочего.

– А зачем они? – спросил я.

– Как много вопросов! – сказала Шипящая-Кошка. – Никаких разговоров, пока я не поем. У меня уже был готов суп, когда глупцы забрели в мой дом. Он не слишком наваристый, но я угощу вас чашкой. Бульон из грибов и… – Черепа в ее волосах застучали, когда она с улыбкой повернулась. – …Костей.

Они вошли вслед за ней в единственную просторную комнату дома.

В центре стояла жаровня, полная старого угля. На стенах висела коллекция покрытых трещинами лопаток, на которых были начертаны такие же непонятные буквы. Шипящая-Кошка развесила их на стенах на колышках случайным образом, и я не сумел увидеть никакой системы – почему эти оказались в доме, а остальные – у костра.

Суп оказался простым, однако сытным, и его было много. И, хотя у меня в голове роились тысячи вопросов, мой уставший разум уступил полному желудку. Шипящая-Кошка развернула соломенный матрас для меня и рассмеялась, когда я сразу на него улегся и начал засыпать.

– Этот? В самом деле? – сказала она, когда Окара подошел ко мне.

Пес гавкнул и свернулся возле моей спины. Шипящая-Кошка пожала плечами, и я сообразил, когда сон уже овладевал мной, что я со своими вопросами забыл ее предупредить, что за нами, возможно, снарядили погоню.

Мой разум плыл сквозь странный сон. Я видел океан, по нему катились огромные черные волны, над которыми поднимался пар. В земле возникла широкая трещина, и я увидел первобытные леса, объятые огнем. Огромные фигуры разгуливали повсюду, как гигантские корабли, оставляя глубокий след в узоре мира, ленты яркого света окутывали их головы.

Я проснулся от внезапного резкого звука и запаха жженой пыли. Рядом храпел Доктор Шо, одной рукой сжимавший ручки своего медицинского сундучка. Я встал, случайно разбудив Окару, и пошел на звук и запах в глубину пещеры.

Шипящая-Кошка сидела на корточках у огня, засунув конец длинной иглы в угли. Свободной рукой она взяла лопатку из груды, сложенной у костра. Покрывавшие ее руны показались мне похожими на логограммы, напоминавшие письмо сиенцев, но являлись символами, которых я никогда прежде не видел. Она прижала раскаленный кончик иглы к центру лопатки. Завиток едкого дыма стал подниматься в воздух, кость треснула. Шипящая-Кошка посмотрела на осколки, что-то пробормотала себе под нос и отбросила лопатку в темноту, где та со стуком упала на камни.

– Насколько я помню – а я не была в обществе уже некоторое время, так что могу ошибаться, – смотреть на других людей считается невежливым, – сказала она, протягивая руку к другой лопатке.

– Я не хотел тебя потревожить, – извинился я.

– Тогда тебе следовало спать дальше, – заявила она. – Или держаться подальше от моей пещеры. И, пока ты не спросил, я пытаюсь решить, что делать с тобой и твоей… собакой.

– И кости дают тебе ответы? – поинтересовался я.

Она кивнула.

– Эти руны и есть мой вопрос. Когда на кости появляется трещина, она дает мне ответ, иногда в виде простого «да» или «нет» – пожалуй «нет», в данном случае. Иногда я вижу ответ и испытываю облегчение. Иногда чувствую огорчение. В любом случае я понимаю, какой мне следует сделать выбор.

– Все это кажется мне излишне сложным, – заметил я.

– Когда я и мир были молодыми, очень старые ведьмы, способные чувствовать узор мира, но не понимавшие его, использовали такой метод, чтобы угадать желание узора. Они в него верили, действовали в соответствии со своей ворожбой, и им удавалось избежать катастроф и продлить собственные жизни. И это было… отчасти верно. Знание о том, что будет извержение вулкана, нашествие саранчи или лесной пожар, оказывалось полезным, но известие о катастрофе не всегда помогало ее предотвратить. Иногда оно становилось проклятием, а не благословением.

– Однако позволяло им сохранять прежний образ жизни, – заметил я.

– Ты стараешься изо всех сил, чтобы твои вопросы не выглядели как вопросы, – проворчала Шипящая-Кошка.

– Я не хочу тебя напрягать.

– Но у тебя нет угрызений совести из-за того, что ты вторгся в мою жизнь и требуешь знаний, которые я не могу тебе дать.

– Потому что договор это запрещает, – сказал я.

– Да, – сказала она, прижимая иглу к кости. Она изучала трещины немного дольше, чем в предыдущий раз, потом поставила лопатку рядом с огнем и жестом предложила мне сесть. – Ну, этими знаниями я могу с тобой поделиться. Впрочем, здесь мало чему можно научить.

Я сел напротив нее и не мог не взглянуть на лопатку, которую она себе оставила.