Ему начинали верить. Взрослые ждали, что Джимми сломается, после того как полчаса назад обманом вытянули из него признание о наличии сообщника, однако ожесточение в его глазах, несмотря на слезы, лишь усилилось, а подбородок перестал дрожать. Мальчик признался, что произошел дележ добычи, из которой ему досталось тридцать пять патронов, однако ни угрозами, ни уговорами не удалось заставить его назвать имя подельника.
Наконец отец мальчика со вздохом сказал:
– Пороть его без толку. Я пробовал. Уж больно он упертый. Я даже пытался драть его за уши – наверное, потому-то он такой лопоухий, – но бросил. Дохлый номер.
– Мы можем проверить всех мальчиков, которые должны были в тот день присутствовать на уроке мисс Бранд. Хотя это мартышкин труд. Так как переклички не было, – заявила мисс Хенкель.
Мисс Хенкель и мистер Арчер удалились в приемную на военный совет, оставив в директорском кабинете Диллона и Клару сторожить малолетнего правонарушителя. Как верно заметила директриса, они имели дело с поразительным случаем ослиного упрямства, доходившего до фанатизма, когда речь зашла об имени подельника. Мольбы Клары, увещевания мисс Хенкель, угрозы, предостережения и задабривания мистера Арчера-старшего и, наконец, слабые попытки Диллона провести перекрестный допрос – все это было решительно отвергнуто.
Диллон вышел из кабинета и, закрыв за собой дверь, присоединился к участникам совещания.
– Послушайте, – начал он, – это пустая трата времени и сил. Он только еще больше упрямится. Ни единого шанса вытащить из него имя подельника. А что, если нам подключить его мать? Она, похоже…
– Пустой номер, – решительно отмел предложение Диллона мистер Арчер. – Вообще-то, они с моей миссис отлично ладят. Она во всем старается ему потакать и не гладить против шерсти. Но когда у него вот такой взгляд… Конечно, если бы у нее было хотя бы два-три дня…
– У нее нет двух-трех дней! Если и она, по-вашему, ничего не добьется, тогда у меня есть идея. Это будет непросто, но займет не больше часа и может сработать. Для начала я пойду и скажу мальчику…
Пять минут спустя Диллон вернулся в директорский кабинет, где Клара с бессильным раздражением смотрела на зареванное лицо малолетнего преступника.
– Послушай меня, Джимми, – строго произнес Диллон, – даю тебе еще один шанс назвать имя приятеля, с которым вы поделили патроны. Это твой последний шанс.
Мальчик, испуганный, но несгибаемый, угрюмо покачал головой.
– Говори! – Диллон выждал пять секунд. – Не хочешь? Ну ладно, тогда отдадим тебя в руки правосудия. Вот и посмотрим, как ты поспоришь с законом. Джимми, ты попал. Я тебе прямо говорю. В суде тебе точно не удастся вот так сидеть и мотать головой. Тебе придется найти себе адвоката, причем очень толкового, так что советую поторопиться. У тебя есть хороший адвокат?
– Я не… – У мальчика задрожала нижняя губа. – У меня никогда не было адвоката.
– Тогда тебе стоит поторопиться. Я объяснил твоему отцу, что собираюсь сделать, и он здорово струхнул. Думаю, если ты все же решишь посоветоваться с отцом, он сможет порекомендовать тебе дельного адвоката. Это все, что я хотел тебе сказать. Теперь слово за правосудием. Сейчас позову твоего отца. Пойдем, Клара.
– Тай, мы не можем…
– Пошли!
Они закрыли за собой дверь кабинета, оставив мальчика одного. В приемной Диллон сказал мистеру Арчеру:
– Хорошо. Пусть минут пять посидит, помучается. А потом идите к нему и попытайте счастья. Но, ради всего святого, действуйте крайне осторожно и постарайтесь его не вспугнуть. Я дам вам знать, когда можно будет его привезти.
После чего Диллон с Кларой сели в машину и направились к новому Саммис-билдинг на Маунтин-стрит, в адвокатскую контору «Эскотт, Броуди и Диллон». Там им неожиданно улыбнулась удача. Диллон уже собирался разыскивать старшего партнера фирмы по всей округе, но Эскотт в перерыве заседания суда заскочил в контору и оказался на месте, когда туда прибыли заговорщики. Позвонив в школу Пендлтон, Диллон отправился в кабинет Эскотта и посвятил его в свой план. Старший партнер сперва отказался, посчитав это вмешательством в дела другой фирмы, но потом заинтересовался и в конце концов согласился.
Джеймс Арчер-старший, должно быть встретив некоторое сопротивление, привез сына в контору уже около часа дня. В приемной никого не было, кроме девушки за секретарским столом. Старший подтолкнул младшего вперед, и тот, обреченно посмотрев на секретаршу, промямлил:
– Мне бы увидеть мистера Эскотта.
– Представьтесь, пожалуйста.
– Джимми Арчер. Младший.
Секретарша вышла. Вернувшись буквально через секунду, она провела мальчика через дверцу в деревянном барьере в коридор, а оттуда – в кабинет старшего партнера. Старый Фил Эскотт встал, чтобы обменяться с Джимми рукопожатием, усадил его в кресло и, когда за секретаршей закрылась дверь, обратился к нему как мужчина к мужчине:
– Итак, Джимми Арчер, чем могу быть полезен? Какие-то проблемы с законом?
Мальчик понурил плечи:
– Да, сэр.
– В чем проблема? Судебный иск или типа того?
