– Интеллигентные? – переспросил его собеседник и неожиданно усмехнулся: – Допустим… но ты мне все же скажи, кому продал ту книгу. Я тебе за эти сведения заплачу… ты ведь не сможешь устоять перед деньгами… – И он полез в карман.
Кузнецов все еще мялся, и мужчина в очках подмигнул:
– Ну давай уже, вспоминай! Это ведь был такой полный, светловолосый парень, с круглым лицом и ямочками на щеках?
Я насторожилась.
Этот человек явно описывал Максима…
– Ну вот, вы же сами все знаете, зачем тогда спрашивать? – с облегчением пролепетал Кузнецов.
– А затем, чтобы ты немного постарался. Я ведь тебе заплачу! – И мужчина в очках помахал перед носом Кузнецова купюрой.
– А, ну конечно… – Кузнецов подошел к компьютеру, постучал по клавиатуре и радостно проговорил: – Вот, у меня даже его фамилия есть – Апельсинов он! Вот, видите – М. В. Апельсинов…
Я удивилась.
Берта Альбертовна говорила, что фамилия Максима – Краснов… как-то странно… там Краснов, здесь Апельсинов… Но это точно он, по описанию подходит: полноватый, светловолосый, ямочки на щеках…
У меня в голове шевельнулась какая-то неясная мысль, но тут же затерялась.
– Апельсинов, значит… – повторил человек в очках. – Ну, однако, и фрукт…
– Но это все, что я о нем знаю! – произнес Кузнецов, отходя от компьютера.
– Ладно, допустим…
– Вы мне обещали заплатить!
– Ты же только что сказал, что слово в наше время ничего не стоит! – Человек в очках усмехнулся. – Ладно, ладно, шучу! – Он протянул Кузнецову руку с купюрой, но тут же отдернул ее: – Только сначала скажи мне еще кое-что!
– Что еще?!
– Ты ведь со своим дядей часто общался?
– Ну, не то чтобы часто…
– Часто, часто. Дядя ведь был богатый, а ты вечно на мели… так что пытался втереться к нему в доверие.
– Ну, в общем, да…
– Так вот скажи, ты никогда не разговаривал с дядей о той книге? Только не спрашивай, о какой – не зли меня!
– Я точно не помню… дядя, он ведь был помешан на старых книгах, он постоянно о них говорил! Его, кроме книг, по-моему, ничего не интересовало…
– Ладно. А ты у него никогда не видел такой же экслибрис, как на той книге?
– Экс… что? – переспросил Кузнецов.
– Ну ты даешь! – усмехнулся человек в очках. – Занимаешься книгами и не знаешь, что такое экслибрис?
Тут я готова была с ним согласиться. Правда, я сама до вчерашнего дня не знала, что такое экслибрис, но я-то, в отличие от Кузнецова, не торгую старинными книгами… Ну это же надо, чтобы такую ценную коллекцию книг дядя оставил такому ослу! Умом он тронулся в старости, что ли… Неужели не знал, что племянничек всю коллекцию по ветру пустит после его смерти?
Впрочем, меня это не касается, у меня свои проблемы.
А Кузнецов смущенно проговорил:
– А, ну да, конечно, я знаю, что это такое, я просто не расслышал… это такая картинка на внутренней стороне обложки… обычно там указано имя владельца…
– Вот-вот! Так ты помнишь, какой экслибрис на той книге, которую ты мне обещал?
– Ну… не точно…
– Не точно! – передразнил его собеседник. – Ты уж постарайся, напряги память! Там нарисованы две закрытые книги, а сверху – еще одна, раскрытая…
Ну да, точно, Берта Альбертовна нарисовала мне этот самый экслибрис…
Кузнецов задумался, словно что-то припоминая.
– Ну, вижу, что-то вспомнил! – поторопил его собеседник.
– Ну да… кажется, один раз я видел похожую картинку…
– И где же? При каких обстоятельствах?
– Дядя иногда участвовал в книжных аукционах. И перед каждым аукционом он просматривал каталоги выставленных на продажу книг. Там печатали выходные данные книги, автор, название, год издания, типография, и всегда несколько фотографий. Так вот дядя увидел в каталоге аукциона одну книгу, и там был этот самый… экслибрис. Дядя тогда очень заинтересовался.
– А что это была за книга?
– Что-то такое про средневековых алхимиков. Я еще спросил его, почему он так интересуется этой книгой – вроде алхимия это не по его части. А дядя мне сказал, что его заинтересовал именно экслибрис. И что есть всего несколько книг с таким экслибрисом… и что хорошо бы эту книгу купить.
– И что, купил он ее?
– Нет, ее перехватил другой покупатель.
– А кто именно, ты не помнишь?
– Кстати, вот сейчас я вспомнил… – Кузнецов покосился на собеседника. – Дядя тогда очень рассердился, что тот перехватил у него книгу, и несколько раз повторил имя покупателя…
– Ну, так что за имя?
Кузнецов состроил жалостное лицо и проговорил:
– Что-то у меня с памятью… только что помнил, а сейчас забыл… вот если бы вы мне еще приплатили…
– Слушай, ты меня лучше не зли!
– И в мыслях не было! Говорю же, что-то с памятью…
– Ладно, черт с тобой! – Человек в очках вытащил еще одну купюру. – Говори уже!
– Надо же – вспомнил! Дядя тогда последними словами ругал человека с такой смешной фамилией – Борис Бобиков…
– Ты ничего не путаешь?
– Нет, не путаю! Он тогда десять раз, наверное, повторял: «Ну и гад этот Бобиков… перехватил у меня книгу…» Я потом про этого Бобикова слышал… точнее, видел его фамилию на книгах. Это писатель, пишет исторические романы про Средние века. Видимо, поэтому ему и понадобилась книга про алхимиков.
