— Потому что не умеют быть счастливыми. Вот я, например, вообще не парюсь и вполне себе счастлив. Давай приватик? Покажу, как это делается.
Я задумчиво дотянула остатки коктейля. Оказаться сейчас наедине с этим секс-гедонистом было бы очень странно. Да и денег на карте не то что бы много. Но, с другой стороны, я же пришла сюда как на экзамен? Глупо уходить, сдав лишь теорию.
— Раз ты так настаиваешь… Пойдем, котик!
Я холодно улыбнулась, хотя внутри все немного задрожало от нервного предчувствия. Одно дело — сидеть в зале с толпой пьяных теток под свист и гогот, и совсем другое — остаться наедине с раздевающимся мужчиной. Готова ли я?
Он проводил меня в отдельную комнату, с неоновым розовым освещением, многочисленными зеркалами и большим мягким креслом по центру. Барс включил лиричную, чувственную музыку. Танцевал он не в пример лучше Хавьера. Усадив меня в кресло, он сделал короткое вступление, после чего приступил к раздеванию. Медленные, неторопливые движения. Его руки, поглаживали мои плечи, проводили кончиками пальцев по шее и соскальзывали на затылок. Барс то отдалялся, позволяя мне любоваться накаченным телом, то приближался, призывно заглядывая в глаза, кладя мои ладони себе на грудь, живот, ниже… Наклонялся ко мне сзади, лаская горячим дыханием мочки ушей. Прижимался спереди, заставляя наши тела соприкасаться местами, предназначенными совсем не для случайных касаний.
И вроде бы вот оно: красивое обнаженное мужское тело. Я могла смотреть на него вблизи. Могла касаться упругих мышц. Проводить по выступающим на бедрах косточкам, гладить ягодицы. Барс, повернувшись спиной, сместил мои руки к резинкам трусов и, покачивая бедрами, позволил снять с себя последний элемент одежды.
— Нравится? — спросил он низким голосом со знакомыми рычащими нотами. — Это и значит получать удовольствие. Погладь меня, почувствуй, насколько ты ему нравишься. Он такой твердый и горячий только ради тебя.
И я потрогала. Сжала, помяла, еще раз сжала. Провела рукой вдоль напряженного ствола. И не почувствовала ничего. Ни страха, ни боли. Но и возбуждающим происходившее назвать было нельзя. В чем тогда смысл всего этого? Красивый мужчина позволяет себя касаться и гладить за мои же деньги? Такое чувство, что я манекен пощупала.
Барс демонстративно посмотрел на часы.
— Будешь продлевать, детка? Мы только подошли к самому интересному! Поверь, я еще многое могу тебе показать.
Я подхватила клатч. «Самое интересное» я уже видела в Рулетке, причем бесплатно. Думаю, в реале это ничем не отличается.
Пожалуй, мне достаточно.
— Все, что хотела, я посмотрела. Мне пора, Барсик, в следующий раз.
— Дело твое. — Отказ его ничуть не задел. Он принялся одеваться. — Приходи еще, с тобой прикольно! Или в Рулетку выползай, поиграем как-нибудь еще, если встретимся. Только, чур, по полной программе, на двоих!
— Непременно, — пообещала я.
Уже позже, сидя в такси, по дороге домой, и глядя в темное июньское небо без единой звезды, я подумала, что больше никогда в жизни не вернусь в подобное заведение. На то было две причины. За все время мне так и не захотелось узнать его имя. И «Пина-Колада» Барса оказалась включена в мой счет.
Никому верить нельзя.
— Никому верить нельзя! Уж от тебя я такого не ожидал!
— Нельзя быть таким дотошным! Тебе когда-нибудь говорили об этом?
Я проигнорировал неприкрытый сарказм, просто посмотрев на время: десять часов семь минут.
— Серег, я все понимаю, но хотя бы ты мог не опаздывать? Не первый год работаем вместе, знаешь же, что по понедельникам у нас всегда совещания! Сегодня все как сговорились!
— Я первый раз за сколько месяцев опоздал?.. — Серж насупился и попытался испепелить меня телепатически. — Правильно, уже и не вспомнишь! Новички, вон, постоянно приходят позже!
— За что и получают свою порцию пряников с орехами! А ты тем более должен быть для них примером!
— Я работать должен, а не пособием по дисциплине служить!
Народ в комнате напряженно замер, следя за нашей пикировкой. Не каждый день такое зрелище увидишь, чтобы обычно покладистый и жизнерадостный Серега уперся рогом. И не просто пошел на принцип, а разошелся не на шутку: подбородок упрямо опущен, взгляд не сулит ничего хорошего. Вид, мягко говоря, пугал. Но и я тоже завелся: он действительно опоздал к утреннему стэндапу! И смысл теперь обижаться на справедливое замечание?
Зазвонил телефон поддержки. Серега не глядя поднял трубку и… тут же ее повесил обратно.
— Вот ни фига себе! — Я чуть воздухом не захлебнулся от удивления. — А так можно было?
— Что тебя смущает? — Он не отводил от меня рассерженного взгляда.
— Ну, как бы… клиент звонил?
— Я трубку поднял? Поднял. Какие вопросы?
— Се-е-е-ерж! — зарычал я.
— Да расслабься, Егор! — Он примирительно поднял вверх руки, рассмеявшись и разом погасив искрившее напряжение. — Я всего лишь шучу! Это Валера из питерского офиса, он все утро названивает мне на мобильный, ничего срочного. Ты чего такой заведенный с утра пораньше?
Мы некоторое время мерились взглядами.
— А нельзя не троллить начальство в понедельник?
