— Кстати, а почему ты вообще не сбросила его сразу как остальных? — задала я мучивший меня вопрос. — Нам же не подходят такие… игруны?
Неудачно я попыталась найти подходящий приличный эвфемизм. Ира не оценила:
— …«Игруны»? — И тут она рассмеялась, свободно, искренне, разом снимая висевшее напряжение. — Ты нелепее слова подобрать не могла?! Говори уж прямо, как есть: онанист…
Она еще каламбурить умудрялась, продолжая расширять мой лексический запас:
— …Дрочер, рукоблуд, мастурбатор, трюхач, фапер, маслобой, самолюб…
— Самолюб! — Я зацепилась за первый же приличный вариант, лишь бы прервать этот поток. — Я выбираю самолюба! Так почему ты его не сбросила?
Она вздохнула и задумчиво почесала за ухом.
— Захотела провести проверку. Такой маленький тест-драйв, чтобы быть уверенной, что ты не грохнешься в обморок посреди самого важного, а меня рядом не будет. И как-то… залюбовалась, если честно. Очень даже неплохой экземпляр попался, горячий такой.
Я присмотрелась к подруге. Горячий? Лично меня только что всю трясло и окатывало холодом. Не так, конечно, как раньше. Тогда накрывало почти сразу, сильно. Сейчас же все нарастало постепенно, да и прошло гораздо быстрее. Но все равно не слабо так успела прочувствовать.
А она «залюбовалась»!
— Как видишь, не грохнулась, — почти и не соврала я. — Но в целом, все было не так уж плохо! Накрыло, но это ожидаемо. Поверь, по сравнению с действительностью я, можно сказать, в норме!
Не стоит лишний раз тревожить подругу еще больше. Она и так за меня беспокоится.
— Говорила же, сработает! — Ира выглядела очень довольной собой. — Только больше так сразу не будем. Считаем, проверку первым членом ты прошла, поздравляю.
Она чокнулась с моим бокалом, про который я, признаться, забыла даже, и жадно выпила почти половину. Я присоединилась. Мне было нужно сейчас убрать изо рта противную липкую вязь. Вино действительно помогло, смыв ее и оставив сладкое послевкусие.
— С таким меня еще никто не поздравлял. И можешь, пожалуйста, не говорить «член» через слово? Как-то их очень много стало за один вечер.
— А попадаться будет еще больше, привыкай. Все они одинаковые. Размеры могут отличаться, немного формы. Но будет примерно то же самое. Просто называй вещи своими именами — так легче. И отбрось уже приличия, здесь им не место!
Я, не веря, покачала головой: неужели я смогу к такому привыкнуть? Да, возможно факт, что все происходило в интернете, сглаживал ощущения. Но ведь это был настоящий мужик! Обычный живой человек, просто по другую сторону экрана. И я его видела именно таким… Голым. Привыкать?
— Я хочу еще, — произнесла то, что внезапно четко для себя осознала. — Сейчас.
Ира посмотрела на часы и нахмурилась.
— Может, хватит на сегодня? Уже почти час прошел. Ты точно справишься?
Разве? Даже не заметила.
Я прислушалась к своим ощущениям. Да, вроде виски еще покалывало, но уже не болезненно. Так, слегка неприятно. Сердце не колотится, дышать могу ровно и глубоко.
Я повторила, твердо, уверенно:
— Хочу попробовать. Еще один раз.
Чтобы доказать себе: я смогу.
— Хорошо, тебе виднее. — Как-то подозрительно быстро она согласилась. — Только давай подберем кого-нибудь поинтереснее? Хочешь сама попробовать?
— А может, ты еще немного? Я пока не готова.
— Пока? И все равно хочешь продолжать?
— Надо просто немного прийти в себя.
О том, что было очень любопытно, что же именно Ира понимает под словом «поинтереснее», я, естественно, умолчала. Как далеко вообще подруга готова была зайти?
Ира, тем временем, проверила камеру и чуть-чуть подправила кадр. Охота продолжилась.
Снова закрутился калейдоскоп лиц, тел, шкафов и стен. Попадались подростки, причем почти всегда компаниями по двое-трое. Попадались скучающие седые пенсионеры. Иногда, очень редко, встречались женщины. И, конечно, мужчины.
Многие из них беззастенчиво показывали себя. Очень, очень многие.
Ира больше не задерживалась на таких самолюбах, меняя сразу. Ради эксперимента она несколько раз закрывала объектив нашей камеры, и процент прилично ведущих себя людей стремительно увеличивался. Но стоило ей появится на экране и просто томно вздохнуть, как тут же начиналась откровенная порнография. Которую она молниеносно смахивала дальше, в поисках цели, известной ей одной.
Прошло всего немного времени, еще каких-нибудь минут двадцать, а мой мир был сломан. И даже выпитое вино, кажется, выветрилось, оставив лишь легкую ноющую боль в голове.
Я уж было с тоской подумала, что надо заканчивать, как камера мигнула еще раз, и на экране появился очередной мужик.
Очередной мужик просто сидел перед камерой, не произнося ни слова.
— Что, так и будем молчать? — не выдержал я первым.
— Ну ладно, давай поговорим, — протянул он с неохотой.
— Ой, вот не надо мне тут одолжений делать! — буркнул я в сердцах и нажал «Следующий».
