Выставив копье, Никита летел на монстра. Калган продолжал шарить по земле в поисках камней, зажимая рукой рану, от безысходности он ревел как бешенный бык. Никита галопом подлетел к нагнувшемуся и растерявшемуся великану и со всего духу всадил ему в брюхо копье. Калган охнул, осел на землю. Что-то забурчало у него в утробе, и живот разорвался пополам, показав жирные внутренности.
Никита осадив коня глянул на ужасное зрелище, где Калган испускал дух и отвернувшись выругался. Затем воевода свистнул Алешу, и они вместе освободили коней, привязанных скопом. Путь к табуну они сами найдут и отправились дальше в дорогу.
- Ну, Никита Иванович, ну вы и... как вы его, а... ну вы даете, вот это сила, - тараторил всю дорогу Алеша, впечатленный увиденной битвой. - Я как приметил, когда он вас зацепил дубиной, подумал все конец, но Буян подоспел вовремя.
- Ладно, Алеша хватит тарахтеть, победил я его, теперь люди спокойней жить будут, - скромничал Никита.
- А вот когда он меня достал, я и сам думал, что уже все, того. До сих пор кости ломит. Буян друг выручил, - сказал воевода, погладив коня по загривку.
Так друзья и коротали путь, переговариваясь не громко. Багряное солнце клонилось к закату, дело к ночи близилось, и богатыри решили расположиться на отдых. Плотно поужинав, завалились спать по очереди. Стреноженные кони, мирно паслись рядом.
Утром, Алеша пробудившись увидел перед собой, как Никита Иванович упражнялся с мечом. Лихо фехтуя, он отражал удары невидимого противника.
- Доброе утро, племянник, - крикнул воевода, - вставай уже, скоро солнышко взойдет над миром, а ты все дрыхнешь.
- Зато вам, не спиться, - ответил спросонья Алеша и с хрустом потянулся. - Вон как меч ворочаете, аж гул стоит.
- Ничего, Алексей, зарядка всегда нужна. После нее и рука уверенней держит оружие, и кровь по жилам быстрей бежит.
- Сейчас и я, - крикнул Алеша и подскочил на ноги.
Алеша принялся делать отжимания, затем ловко подпрыгнув, начал приседать. Перевернувшись кувырком, он выхватил из-за пояса топор, и метко послал, в сухое дерево, стоявшее на краю поляны. Воевода, вложив меч в ножны, похвалил племянника:
- Вот сейчас видно и ты проснулся, раз бьешь без промаха.
- Теперь можно и поесть, чем бог послал, - добавил Никита, раскладывая нехитрую снедь на заплечном мешке.
- Интересно, долго нам еще до Низменного леса добираться, - спросил Алеша, жуя хлеб с салом.
- Бывал я в этом лесу, - ответил воевода, - тут уже недалеко осталось. Вечером к нему доберемся.
Собрались друзья скоро и выступили снова в путь. Дорога вела в нужном направлении, и витязи ехали шагом. Погода испортилась почти внезапно, стало вдруг пасмурно, потемнело вокруг. Набежали серые тучи, заслонив солнышко, предвещая дождь. Вдалеке, показался путник. Подъехав ближе, друзья увидели сгорбленную бабулю, катившую за собой тележку.
- И не тяжело вам, бабушка, тащить такую кладь, - обратился Никита к старухе.
- Ой, сынок, и не говори, еле ноги передвигаю, второй день иду из города. Вот возила товар на рынок продавать, да на муку и соль менять. Зимой вот, носки да платки вяжу. Держу козочек немного, с них шерсть беру и вяжу потихоньку. Как там, мои милые, мои рогатики без меня, - запричитала старуха.
- Бабуля, да вы, не переживайте, мы вам сейчас быстро поможем, - успокоил старушку воевода.
- Вот спасибо, родимые. Помогите, а то я умаялась совсем.
Путники спешились, Алеша взялся вести коней, а воевода подхватил у старухи тележку и покатил.
- А куда катить, далеко вам до дому? - спросил Никита.
- Нет, милок, здесь рядом, тут на опушке недалеко, моя изба стоит, покосилась уже, но ничего я живу потихоньку, - отвечала старуха.
Никита катил тележку по дороге, а старушонка семенила за ним следом. Алеша сопровождал их позади, держа в поводу коней.
Злоба, завидев куст рябины, на обочине дороги, неожиданно дернулась в его сторону и Алеша от сильного рывка, выпустил из рук повод.
- Вот, окаянная! Все жрать тебе, утроба ненасытная, иди сюда, - выругался Алеша, начав вытаскивать лошадь из зарослей.
Никита со старухой, пройдя по дороге, свернули на неприметную тропинку в лес. На поляне показалась старая изба, по окна вросшая в землю, крыша ее обросла мхом и травами. Воевода подкатил тележку к избушке и остановился.
Никита обернулся, а старухи уже и не было. Перед ним стояла молодая дева, в прозрачном сарафане, с мерцающими распущенными волосами. Выставив руки, она шептала заговор, медленно ступая на воеводу. Глянув деве в глаза, Никита оцепенел и не мог противиться ее чарам, его защита, щит, остался притороченным на Буяне.
Никита отходил под воздействием страшного колдовства к дереву. Его уста онемели, уши заложило, а глаза ничего не видели. А ведьма обернувшаяся в старуху, пыталась заманить к себе богатыря, подходила все ближе. Отступая, воевода уперся спиной в дерево, нечистая сила медленно стала приближаться к Никите, для последнего поцелуя. Ворожея смотрела все время в глаза, вслух повторяя:
