- Ну, вот богатырь, так уже лучшше, теперь будешшь мой. Пойдешшь со мной, будешшь моим мужем. Такой большшой, такой крассивый, такой ссильный, будешшь, - шипела ведьма, высовывая змеиный язычок, касаясь им лица богатыря.
Алеша вытащил, наконец, из кустов рябины Злобу и направился догонять Никиту со старухой. Буян ожидал неподалеку, на дороге, показывая дисциплинированность. Юноша достиг только тропинки, сворачивающей в лес, когда он заметил за деревьями развивающуюся сцену. Он разглядел, как ведьма скинула кожу в траву и принялась зачаровывать воеводу.
Алеша бросив коней стал подкрадываться на поляну, где происходило опасное событие. Молодой богатырь стороной тихо подобрался, как раз напротив тележки, дабы находится за спиной у страшной старухи. Ведьма уже наклонилась к Никите, и хотела его поцеловать, пытаясь овладеть им. Но тут Алеша стремительным прыжком вырвался из кустов, и подхватил с травы ее черную кожу.
Услышав шум за спиной, ужасная старуха резко обернулась, оторвав взгляд от Никиты. Увидев кожу в руках у Алеши, она выпустив когти, на мгновение показала истинную личину и прыгнула как кошка к молодому богатырю.
Потеряв связь, колдовские чары начали спадать с воеводы, и он, опустившись на колени, тер глаза и лицо, пытаясь прийти в себя.
Ведьма носилась за Алешей вокруг тележки, стараясь отобрать кожу. Потеряв ее, она больше не смогла б использовать другой образ, довольствуясь только своим настоящим. Алеша ловко от нее уходил, от ее цепких рук с выпущенными когтями, и кричал воеводе, скорее вставать на ноги.
Никита, очухавшись от колдовства должным образом, заметил, что Алешу вот-вот словит погань темная, у которой сила десяти человек, стал идти на помощь товарищу.
Воевода выхватил широкий меч и приблизился к ведьме, и когда она прыгнула к нему, он резким замахом снес ей голову. В этот момент грохнул гром, и сверкнула молния, начал накрапывать дождь. Упав на землю темное тело сразу все сжалось, почернело и превратилось в пепел, как от сожженной бумаги. В руках у Алеши рассыпалась в прах ее кожа.
Никита шумно выдохнул, осознавая происшедшее, сказал:
- Во, бабуля, Алеша, кажись по женихаться захотела, на старости лет.
- Вот Никита Иванович, виновница, - произнес Алеша, указывая на Злобу, которая рыла копытом землю, и опять что-то жевала. - Кабы она не потащила меня в кусты, может этого и не случилось.
- Да нет Алеша, не здесь так в другом месте, она бы чары применила, ведьмы от своей задумки не отказываются. Тебя видно в расчет не ставила. Так вот получается, что Злоба не виновата, - подытожил Никита и подойдя к ней погладил ее по загривку.
- Хорошая лошадь, умница, - говорил воевода.
Злоба мотала хвостом, отгоняя мух, и продолжала жевать какой-то корешок.
- Вот неблагодарная, даже усом не ведет, когда ее ласкают, сама себе на уме, - недовольно произнес Алеша.
Дождь закончился, едва начавшись, и Никита дал команду выдвигаться.
- Мы живы, здоровы и нас ждут великие дела. По коням!
Богатыри вернулись на дорогу и подались на север, к Низменному лесу. Сам лес лежал в долине, окруженный каменными холмами, за которыми протекала небольшая река Онега. Горная цепь простираясь, не давала воде затопить лес.
По пути стали попадаться камни разной величины, указывая на то, что степь скоро перейдет в гористую местность. После прошедшего дождя, очистился небосвод, и трава, сверкая умытыми стеблями, переливалась на солнце. От влажного былья исходил аромат прелого сена.
На обочине, путники спугнули стаю стервятников, ссорившихся между собой. Они пировали над останками сдохшей лошади. Запах от мертвого тела пролежавшего на солнце, стоял невыносимый, и путники поспешили покинуть неприятное место.
К вечеру на горизонте показалась гряда холмов, постепенно возвышающихся над долиной. С одной стороны продолжала простираться равнина, прорезанная пополам узкой рекой, а вот с другой местность начинала круто понижаться, и внизу показался Низменный лес.
Друзья решили расположиться около подножия возвышенности и переждать ночь, а утром спуститься в лес.
Наутро выпала обильная роса, и серый туман собрался в низинах. Лес выглядел неестественно, сверху казалось, что туман проглотил его, только верхушки самых высоких елей, где нигде прошивали его. Но путники все равно двинулись вниз. Ведя в поводу коней, даже сквозь мглу, друзья видели, как окружающие деревья стояли темными точно не живые. Никита дотронувшись до листьев, озадаченно хмыкнул.
- Вроде не сухие, почему они такие черные не пойму.
Глянув на щит, воевода сразу все понял, руны начали бег по кругу.
- Ну, Алеша, правильным путем идем, здесь где-то нечисть большая засела, - заявил воевода, удобней перехватывая копье.
Солнце уже взошло высоко, растопив яркими лучами серый, тяжелый туман. И перед друзьями открылась странная картина. Черные лапы елей свисали над тропой, на земле, местами выглядывала пожухлая трава. Белый, свисающий лохмотьями мох, опутывал почти все деревья.
