– Хорошо, что хоть это ты понимаешь, – сказал Хельги, пытаясь вспомнить, предупреждал ли он сына о честном отношении к женщине, чтобы тот не тратил их время, не ломал судьбу. Тордис нравилась Хельги, и он видел, как она относится к его Инги, а сын оказался совершенно неспособным строить собственное будущее: он не выполнил главный совет отца – дружить с Оттаром и поддерживать его, теперь же этот любитель создавать трудности спрашивает его совета.
После всех этих встреч и разговоров Инги стало понятно, чем все это время был занят его отец. Вовсе не на похороны Инги приехал он. Связующие готовили игру, которая позволит увидеть будущее, возможно, выбрать конунга, настоящего устроителя этой земли. Съехались знающие с востока от вепсов из Алаборга и с тех рек, что под его защитой, с юга от вендов, живущих при Ильмери, и южнее от людей Криве Кривайтиса, прибыли и с запада, от народа ливов и вадья.
Инги со все большим уважением смотрел на отца – он не был богат, но оказался одним из людей, связующих земли.
– Но почему не Ингигерд, ведь она наследница Хергейра?
– Мы не знаем, за кого она выйдет замуж, она лишь знак, лишь связующая и указующая.
– Но почему не Сигмунд, не Хальвдан, не Скули-ярл?
– Каждый из них будет в игре. Сигмунд в прошлый раз отказался стать конунгом этой земли, Хальвдан слишком молод, хотя тоже достоин, Скули-ярл не слишком удачлив, и он совершил злодеяние. Возможно, нам нужен конунг-бонд, заботящийся о работниках на этой земле и о праздниках, объединяющих людей на этой земле. Говорят, Ульвкелль был как раз такой, но не судьба.
– Зачем нам вообще конунг? – не унимался Инги. – Почему мы не можем все решать на тинге?
– Говорят, далеко на западе открыли новую землю, где люди решили устроить жизнь без конунгов. Это возможно, когда у тебя нет воинственных соседей… Но если грозит война, принимающий решения должен быть один. Главная задача конунга – быть защитником в суровые времена и садовником в мирные.
Днем связующие собирались в доме прусских купцов. Опять говорили с фризами, но теперь им отвечал Дабрелис, годи Криве Кривайтиса, и это был тяжелый разговор. Дабрелис говорил о связи мира богов и мира людей и о том, что торговцы пытаются все упрощать и подвергать сомнению, разрушая связь с богами. Вожди воинов тоже искажают эту связь к собственной выгоде. Поэтому между богами и людьми должны быть годи, которые направляют и воинов, и торговцев. В древние времена между людьми и истиной был короткий путь правильного делания, но теперь истину торговцы видят в честности, а воины оставляют миру павших, словно для того, чтобы обрести правду, надо умереть, а в этой жизни лишь совершать подвиги ради славы. Но слава – это лишь слова! Получается, что ради слов воины могут совершать преступления или глупости.
Фризы отвечали, что от глупостей спасают законы. Необходим договор, ряд, и, если ваши боги такие сильные, пусть падут сильнейшие проклятия на нарушающих договор. По мнению фризов, перекос власти в сторону священнослужителей приводит к такому же застою, как и неограниченная власть воинов: и то, и другое приводит к бедности и разорению.
Тут Инги впервые взял в таком собрании слово и сказал, что годи ощущают время, а воины стараются его победить, и без них многое не смогло бы произойти, даже эта встреча. Старшие со вниманием посмотрели на юнца, решившегося заговорить. Инги начал рассказ об Альгисе-пруссе:
– Этот воин из Себорга отправился в путь с посланием рун по просьбе своего деда Витовта. У Эйсюслы на купцов, с которыми он шел, напали викинги. Всем пришлось выпрыгнуть за борт, и они оказались на островке, откуда всех за обещание выкупа забрали местные рыбаки. Альгис остался один, не желая, сидя у эстов, дожидаться выкупа. Через три дня эсты приплыли снова, чтобы отнять его меч, но он убил всех шестерых, чтобы своевременно донести до нас весть
Дабрелис с уважением выслушал Инги, тем более что речь шла о его соплеменнике. Ингольф переспросил Инги, о том ли Альгисе идет речь, что был в Алдейгье вместе с ярлом Скули. Инги подтвердил, и Ингольф с сожалением сказал:
– Жаль, этого рассказа не слышала Драва с нашего двора. Я перескажу ей с твоего позволения, или лучше зайди к нам и расскажи сам, она будет рада!
