– Слоны! – обрадовался Руперт.
– Хей, Руперт! – затрубил Джим, едва появился на пороге «Трех акаций». – Гляди, чего мы принесли!
На спину Джим закинул длинную вязаную штуковину. Один конец у нее был пошире, другой совсем узкий. Джон аккуратно снял хоботом штуковину со спины брата и помахал ею перед жирафом.
– Вещь! – сказал Джим. – Птицы-ткачики связали. Тут ветки, трава, всякие стебельки. Легкий, гибкий. Хобот высший класс. Давай надевай его.
Алекс подозрительно посмотрел на вязаную трубу. Но в саванне со слонами не спорят. Все равно они трубят громче всех и слышат только себя. Джон помог Руперту всунуть морду в широкое отверстие трубы, Алекс затянул завязки за ушами.
Длинная хоботливая труба слегка изогнулась и повисла.
– Мощно! – сказал Джим. – Совсем другое дело!
– Могуче! – кивнул Джон. – Ну, привет. До встречи!
– Бубубу, – сказал Руперт. Он хотел сказать «спасибо большое», но слова завязли в трубе, и звук получился насморочный.
Слоны ушли. Попугай и крылатый жираф с гривой и вязаным хоботом посмотрели друг на друга.
– Ты очень изменился, Руппи! – сказал попугай. – Тебя не узнать. Тебе нужно новое имя!
– Ныпрымыр? – спросил Руперт.
– Например… например, Стрыкл!
– Штрыкл?
– Ага! Придем к гепарду, и я скажу: знакомьтесь, это мой друг, высокогорный Стрыкл! Недавно прибыл в саванну! И все ахнут!
Руперт по имени Стрыкл заволновался. Представил себе, как все ахнут, и приятный холодок пробежал от ушей до кончиков копыт.
Глава 8. День рождения гепарда
По небу бежали кучевые облака, солнце скрылось.
На поляне под большим баобабом дедушка гепарда размечал полянку под игры: притащил ветки для бега с препятствиями, расчистил место под пихалки, догонялки и кувыркалки.
Гепард Эх немножко помог дедушке, а потом просто носился по полянке огромными скачками. Когда у тебя день рождения, ты не можешь усидеть на месте. Особенно если ты гепард.
Прилетели красногрудые нектарницы и целая стая птиц-мышей, расселись по веткам баобаба, как гирлянды. Бабочки-голубянки обещали весь вечер порхать над поляной.
Первым пришел лев Лионель, принес в подарок огромную кость. Все львиное семейство полировало кость, и она блестела как новенькая.
Следом прибежал страус Иммануил. Страус катил перед собой старую шину от джипа.
– Поздравляю, Эх! – крикнул Иммануил. – Дарю тебе это круглое! Его классно гонять по саванне.
Эх страшно обрадовался. Полированная кость! Круглое, катится само!
Свинка Матильда принесла в подарок подзорную трубу, гиена Сирена подарила бусы из семян и молочных зубов, шакал Райт – свисток из тростника.
Слоны Джим и Джон притащили в подарок спелые плоды пандануса, похожие на пупырчатые шары.
Счастливый Эх носился по поляне кругами, когда появился
«Ой. Это кто?» – подумал гепард и остановился, чтобы рассмотреть незнакомца. Высокий, с огромным вязаным хоботом, пышной рыжей гривой и зелено-голубыми крыльями. Очень крутой. Все гости немедленно уставились на незнакомца, а слоны Джим и Джон приветственно затрубили. Кажется, даже небо потемнело.
Руперт наслаждался моментом – никогда в жизни на него не смотрели все звери разом. Раньше он не был особенным и невероятным. Обычный был жираф, к тому же средней успеваемости. То ли дело сейчас, когда он стал настоящим Стрыклом.
Невиданный Кое-кто появился не один. Вместе с ним прилетел – фррр – попугай Алекс. В клюве он держал очень пушистую ветку акации.
Алекс вручил гепарду ветку и прокричал:
– Ззднем рррождения! Прими в подарок эту превосходную ветку! Если нужно поднять настроение или увеличить прыгучесть – всегда зови меня, ведь я самый веселый и предприимчивый! А это мой друг, высокогорный Стрыкл. Случайно оказался в наших краях.
– сказал Стрыкл насморочным голосом.
Вдалеке глупо захихикала гиена, но на нее зашипели, и она умолкла.
Гепард слов не разобрал, но догадался, что хотел сказать его новый высокогорный друг.
– Привет! – сказал гепард. – Спасибо! Классно, что ты спустился с гор на мой день рождения! Давайте играть и веселиться!
И все немедленно начали играть в догонялки.
Только Стрыкл остался стоять в сторонке, потому что боялся потерять гриву, крылья и хобот. А Бланка Павлова опять не пришла. Пропустила его триумф. Быть невероятным очень приятно, но если Бланка не пришла, зачем это все? Сейчас он мог бы играть вместе со всеми, а приходится стоять. Грива сползает, ее надо все время поправлять, к тому же от нее очень-очень жарко. Интересно, как это львы постоянно носят гриву? Небось помирают от жары. Проклятые репейники искололи всю шею. Крылья щекотные. Хобот тяжелый. Если бы заранее знать, что Бланка не придет, он бы еще подумал, становиться ли ему Стрыклом.
И тут к нему подошла пятнистая жирафа. Самая обыкновенная, каких полно в саванне.
– Привет, – сказала жирафа, – а чего ты не играешь? Стесняешься?
– Прстнхочу, – сказал Стрыкл, – чывоты.
– Ааа, – сказала жирафа, – а я думала, ты стесняешься. Ты ведь ни на кого не похож. Знаешь, когда я была такая, я очень стеснялась.
– Што? – удивился Стрыкл
– Ну, я раньше была другая. И на меня все пялились. Это было ужасно!
– Пычму?! – удивился Стрыкл.