Лева шагал впереди, на плечах его был все тот же кожаный плащ, расстегнутый настежь, а из под него зиял красный свитер. В правой руке, он держал початую бутылку какого-то бренди, а левой поправлял спадающие с носа очки; делал это он весьма интеллигентно, словно взволнованный профессор во время лекции, на которую ни с того, ни с сего, явились сотни студентов. Уголки его рта смотрели вверх, как бы и не улыбаясь, но выдавая весьма довольное настроение, часто присущее котам, безнаказанно укравшим кусок колбасы с хозяйского стола. По обе сторону от него, отставая на треть шага, шли ещё четверо. Компания была разношерстной: один был огромный, другой полноватый, третий был интеллигентной наружности, в таких же очках как и Лева, а четвертый был серой, ничем не примечаемой личностью. Все как на подбор, были в длинных пальто черного цвета, вот только одежка их выглядела чуть беднее чем Левина: кожаные плащи их были потерты, штаны помяты, а обувь истоптана и в грязи. Они, то и дело, пытались перебивать друг-друга и в приподнятом, даже радостном, настроение пытались что-то донести до идущего впереди Левы; он же, молча и еле заметно, кивал им в ответ на все их заискивания.
Ещё издалека, Лева заметил старого друга, только какого-либо вида сему не придал, а самоуверенной поступью, в невозмутимом молчании, шагал вперед, прямо к Даниле. Взгляд его смотрел вдаль, совсем мимо, как будто не замечая Данилу. Всего за пару шагов до столика, Лева широко улыбнулся, развел руки в стороны для объятий и ускорив свой шаг подошел к другу детства.
– Так и знал, что придешь! -обняв Данилу и похлопывая его по спине, начал говорить Лева. -Знал что не оставишь старого друга… верил и знал!.. Ведь ты всегда был правильных взглядов, всегда хотел этот мир изменить… Ух Дань, да мы теперь… ух! Понимаешь, что сегодня случилось?.. Мы сегодня первый отпор им дали… понимаешь – первый!
– Я тоже рад тебе Лева, -попытался высвободиться из объятий Данила.
Пока они обнимались, рассыпаясь в комплиментах друг-другу, шебутная компания бесцеремонно уселась за столик, на котором тут же образовалась запечатанная бутылка самогона, пара рюмок и один коньячный бокал.
– Это наши друзья, -кивнул в сторону новых соседей Лева и шумно опустил на стол початую бутылку бренди, -сподвижники революции, борцы за свободу.
Все представились по очереди, как на построении в армии и каждый, произнеся свое имя, в конце добавлял уже слышанный этим вечером лозунг: «Во имя свободы и права!» Из всех имен, Данила запомнил лишь имя Володя, это был невысокий, слегка полноватый, лысеющий парень с простодушным лицом. Места ему не досталось и сейчас, он стоял возле Левы, в ожидании дальнейшей судьбы.
Данила уселся подле самой стены, прямо напротив Лилит, справа от него, немного поодаль, сел Лева. Володя продолжала мяться с ноги на ногу, посматривая то на Леву, то на остальных членов компании, однако на него не обращали внимание. Первым несправедливость заметил Лева: он недовольно цокнул, помотал головой и подвинулся вплотную к Даниле. Володя признательно поблагодарил товарища и сел рядом с Левой, на самом краю скамьи. В торце стола, по его центру, на одинокой дровяной табуретке уселся самый большой член команды: широкие плечи, рост выше среднего, ярко выраженные надбровные дуги и недоверчивый взгляд. Небольшой на вид столик, вместил всех семерых.
– А все таки хорошо, что ты здесь Дань. Мы сейчас стоим на великом пороге, в преддверии больших изменений, пред входом в новый мир и мы впишем свои имена в историю этого мира. Понимаешь Дань, в историю!
«Выходит все это ради истории, в угоду имени своего в этом мире, для упоминании его в поколениях. Благо и счастье понятия эфемерные, весьма относительные, что для одни хорошо, другим смертью будет… Точно, тогда не для общего блага все это, для всех оно разное и единым быть оно по природе не может», -пронеслось в голове у Данилы, но ничего из этого он не озвучил, а только грустно ухмыльнулся и пробормотал себе под нос:
– В историю говоришь…
– Да в историю Дань, в историю! -восторженный тон Левы двигался выше, медленно восходя к своему апогею. -Нам представилась возможность со злом сразиться, пронзить его, свалить с ног, низвергнуть, уничтожить! Да о нас легенды будут слагать, понимаешь легенды!.. Мы даже людям сможем помочь. Скинем с человека оковы, откроем двери прогресса.
Внезапно Лева остановился, взгляд его застыл на бутылке бренди, он пару секунд подумал и обратился к товарищу, сидящему с края:
– Володя будь другом, возьми лимона пойди, тебе ближе всего ведь… и сахаром пусть посыпят.
Володя молча кивнул, поднялся со стула и собрался было уже идти, как со всех сторон столика на него посыпалась уйма заказов, даже Лилит заказала себе чашку кофе. Данила же решил промолчать, пить особо не хотелось, а былая усталость вновь начинала давать знать о себе. Выслушав все пожелания, понурив голову в пол и без единого слова, Володя отправился на задание.