Вместе с сей корпорацией росла и я. Начав с небольшой, даже скромной должности, я быстро выросла, возглавив целый отдел. Оно вроде кажется как ничего, вроде пустяк, таких примеров полно… Однако я была единственной женщиной в этой махине, которая достигла таких результатов. Да у нас женщин в целом не так много работало, а те кто трудились, занимали в основном самые ничтожные должности… к которым и название «должность», не сильно-то подходило. Я как начала работать, не замечала сего, лишь потом, со временем, начали проявляться некие черты патриархата, даже не патриархата, а настоящего сексизма. Чтобы сделать всего один шаг вперед, мне приходилось бежать, нестись вперед со всей силы, толкаться, драться, буквально прогрызать путь вперед. Вот в процессе этой гонки, я и стала видеть вполне очевидные вещи. Розовые очки треснули, стекло раскололось и когда последний осколок выпал с оправы, тогда мир и предстал таким каков он есть. Все разделилось на черное и белое. Блеклые, розовые, пятна остались лишь вдалеке, в тех самых осколках, которые когда-то были всем миром, а потом, в одночасье, стали лишь прошлым, расплывчатым миражом, воспоминаниями.
В самом начале, как я только устроилась, со мной вместе устроился один парень… я его знала до этого, учились мы вместе. Тогда он был весьма скромный, ничем не блистал, вроде как особо никуда не стремился, но и гулякой его назвать было нельзя, такая себе серая личность, как говорят: «ни рыба ни мясо». Не то чтобы я на коллегу клевещу, вовсе нет; хотя, со стороны конкуренции, оно и понятно бы было. Только вот я с ним много времени проводила и о работе мы общалась немало, так что выводы мои вполне обоснованы были: умом не блистал, особой инициативой не отличался, да и лидером назвать его было нельзя. Простой парень, симпатичный, дружелюбный, но живущий совсем уж бесцельно; он из таких персон был, которые под деревом сидят и ждут когда банан упадет иль ещё что-то послаще, а как свалится на них манна небесная, то съедят, шкурку рядом выбросят и будут дальше сидеть, наслаждаться красотами в ожидании дальнейшей подачки. Однако у скромности его была и обратная сторона, которая была мне чужда, пользы от неё не было, но эта самая особенность, черта его характера, приносила ему немалые дивиденды. Он был весьма услужлив, а это оказалось гораздо важнее любых других качеств. Угодливость во всем, согласие в каждом слове, отсутствие противоречий, быстро вознесли его на самый верх нашей компании, приблизили к самому генеральному. А он, надо признать, был тот ещё кекс: авторитарная личность, не слушающая никого, не принимающая возражений и любящая купаться в волнах из лести да созерцать блеск своего величия.
Мне такой путь на верх, не особо-то нравился: не было пота, бессонных ночей, переживаний о сделках, отсутствовал какой-либо азарт. Вместо тысячи маленьких побед, которые придают смысл этому миру, наполняют жизнь счастьем, он просто нажал пару кнопок и оказался на самом верху, миновав все преграды и лишив себя мелких радостей да восторга от выигрыша. Возможно тогда, я просто не доросла до его образа мыслей, но даже сейчас, спустя много времени, я такой путь отрицаю.
И как это часто бывает, после обретения власти, человек меняться. Даже самая ничтожная её часть, господство над самыми слабыми, отсутствие каких-либо границ, дозволенность во всем, все это затмевает самый проницательный взгляд, дурманит наиболее изощренный разум. А коллега мой, был человек простодушный, не особо-то блещущий дальновидностью и как следствие, он изменился, стал просто не узнаваем: появилась раскованность, до селе ему не присущая; какая-то заносчивость, смелость и самоуверенность. Он словно вобрал в себя самые яркие черты нашего генерального, благосклонностью которого он пользовался в полной мере и с которым общался почти каждый день. А потом, он стал ненавязчиво ухлестывать за мной: то цветы невзначай принесет (якобы сорвал на клумбе пред входом), то стихи какие-то сочинит, то в столовой как бы случайно подсядет. И понравились мне эти изменения в нем, даже излишняя заносчивость, привносила свою изюминку в его новую личность. Стали мы с ним встречаться, а потом поползли слухи о грядущем венчании.