Рус умолчал об амулете Грации. Сам несказанно поразился его работоспособности. «Что же ты промолчал, друг», — обратился он к Духу Слияния с Астралом. «Друг» не ответил на глупый, чисто человеческий вопрос. Вместе с Андреем провели попеременные испытания. Ученические структуры разрушал с легкостью, а на большее не решились. Нашли, как водится и ложку дегтя в этой бочке меда. Амулетик оказался прекрасной защитой от вражеских структур, но только для не магов. Склонным к Силе, увы, не подходил. Отрезал от них Силу, превращал в «обычных» людей. Не антимагические браслеты, принцип совершенно другой, но по эффективности, пожалуй, не хуже. Андрей ни одной структуры не мог составить, а Рус только из астрального колодца обходил «блокировку». Такое вот неожиданное дополнение.
— Воин-маг?
— В какой-то мере.
— В какой?
— На месте Андрея, я обошелся бы без ранения, — вождь знал о сражении только со слов дочери, а она почти ничего не видела, но уточнять не стал.
— А где ты его лечил?
— В ордене Целителей. Поймал первого попавшегося и заставил…
— А если бы тебя…
— Тогда мне было не до всяких «если», вождь, — жестко перебил его Рус, — Величайшая оказалась на моей стороне, повезло.
Пиренгул мгновенно покраснел, рассержено вскочил и… сделав пару выдохов, успокоился так же быстро. Большинство Пылающих и Ревущих такие: быстро раздражаются и отходят. Особенности Силы.
— Хорошо, — вождь решительно хлопнул ладонями по коленам (сидели по-тирски, скрестив ноги), — на какое расстояние действует твоя «тропа».
— Как я недавно узнал, отсюда до Эолгула примерно триста миль и я чуть не получил откат. Знаешь, вождь, я удивился. Думал здесь уже пустыня.
— Была, — довольно сказал Пиренгул, — мои Текущие хорошо поработали. А более сильному Хранящему ты свою структуру не передашь? — быстро вернулся к основной теме.
— Можно сделать круг, — Рус пожал плечами.
— Можно-то оно можно, но насколько можно тебе доверять, — сказал и уперся в Хранящего пронзающим взглядом.
— А насколько можно доверять тебе, — бывший «браток» не отстал от вождя в пронзительности взора.
— Хм, а ты наглец, — усмехнулся сармат, — но не играй со мной в гляделки, ты же не дурак. Или все же из породы героев? — как бы засомневался.
Рус в ответ тоже усмехнулся:
— И не надейся! Можешь пока не указывать место открытия «тропы», я в принципе догадался о своей задаче, но позволь задать вопрос. Такие вялые сборы в поход — результат нераскрытого заговора? — и поспешил пояснить, — я не лезу в твою семью, меня в принципе не интересует политика, но все видят — никто не казнен и не наказан, а на Гелингин покушались твои приближенные, это любой дурак понимает.
Вождь сжал зубы, покраснел, вскочил и в досадном волнении заходил по шатру, подозрительно — оценивающе поглядывая на гостя. Они разговаривали один на один. Стража охраняла подступы к «кабинету», войлок шатра, прошитый укрепляющими структурами Хранящих, хорошо изолировал звуки и защищал от наблюдения из астрала. Знающему человеку это говорило о высоком доверии к гостю и уверенности в собственных силах вождя-мага. Рус хоть и не был знатоком обычаев кочевников, но о доверии к собственно персоне догадался.
— Во-первых, — Пиренгул решился и окончательно поверил Русу, — не любой дурак. О покушении и нападении телохранителей знают очень мало людей. Во-вторых, не ломать же защиту памяти моим… близким людям. Астральные тела явной лжи не выявляют, их некоторые умеют обманывать, — сказал с намеком на Руса, но тот оставался невозмутимым, — а использовать «Знак истины» — непростительное оскорбление для моих… как я им после буду доверять? Это почва для нового заговора.
— Странно… — Рус вычленил слова о «защите памяти», — а ломать блокировку мыслей — не оскорбление?
Вождь на несколько мгновений застыл в удивлении и усмехнулся:
— Ну да, ты все же пока ученик. Все время забываю, не верится, когда с тобой разговариваешь. Оскорбление — наименьшее зло от слома блока. Об этом не распространяются, но его поломка сопровождается временным слабоумием, которое быстро проходит. Но иногда останется на всю жизнь. Асман — младший тому пример.
— То есть? — Рус заинтересовался.
— Асман — старший рассказал мне об этом по секрету пять лет назад. Тогда он пребывал в блаженстве. Шел ко мне как на казнь и вдруг живой остался, и власть сохранил. Смелый человек, надо отдать ему должное, ради княжения жизнью рисковал, но и дурак в то же время, — ухмыльнулся и добавил язвительно, — видишь, я не такой «честный», как ты, нарушаю обещание, — и с усмешкой подождал ответа. Не дождался и продолжил:
— Он сам был еще наследником, когда на него совершили покушение. Охрана спасла, но и убийцу прикончили. Отец, Асман Первый, провел расследование и сказал сыну по секрету, что главный виновник — старший внук и чтобы разбирался с ним сам, не выносил золу из шатра. Мудрым правителем был Асман Первый, да не забудут его Предки. В отличие от сына… — покачав головой, криво ухмыльнулся. С досадой подумал о собственной проблеме во многом схожей с семьей Асмана. Пожалел, что вообще поднял эту тему, но решил идти до конца.
