— Асман хотел добиться признания — не добился и со злости приказал прочитать память сына. После Целители поправили разум его старшего, но о полном здоровье и речи нет. А когда сам стал князем, то и казнить сына уже ни к чему. Наоборот, держит наследником, чтобы не искушать младших. Теперь ты понимаешь, почему Асман — младший до сих пор неженат? Сильные кланы не отдадут за него свою дочь, а слабые не нужны князю, — закончив речь, задумчиво опустился на ковер и пригубил вина.
— Так может, — Рус отвлек вождя от тяжелых мыслей, — он сам организовал покушение на Гелингин, чтобы заставить её выйти замуж?
— Тогда и ты в этом замешан, — жестко сказал вождь, — согласен?
— Тогда — да, — согласился Рус, — но я не замешан.
— Знаю, иначе не случилось бы дальнейшего, — он имел в виду подготовку к войне и Рус это понял, — князь слаб. Вернее, я сильней его. Меня держало обещание, а не клятва. Убийство моей дочери в столице княжества, а тем более накануне или даже во время свадьбы, на которую я не давал согласия — великолепный повод. Я не могу отступить. Все присягнувшие мне племена хотят пощипать жирного князя и поставить меня на его место. Я не возражаю и сам этого хочу. Потому и не присягал, потому Асман и хотел от меня избавиться. Все бы хорошо, но проблема…
— Похожая на проблему Асмана с его старшим сыном, — закончил за вождя Рус.
— В общих чертах — да, — нехотя согласился Пиренгул.
Оба пригубили вина, помолчали, думая о своем. Вроде все, говорить больше не о чем. Вождь предупредил Руса о скорой работе, оценил его со всех сторон и пришел к неутешительному выводу: все, пропала доченька. «Эх, Гелингин, Гелингин умница ты моя, красавица. Ясно, что ты нашла в этом чужаке. Ты еще сама не подозреваешь, но не отступишь от него. Жаль, что он просто бастард…», — закончить мысль не успел, услышал вопрос Руса:
— Позволь спросить тебя вот еще о чем. Среди твоих предков встречались Великие Шаманы?
Пиренгул от неожиданности вздрогнул:
— А это тебе зачем?
— Просто ответь. Или это тайна?
— Не тайна, но странный вопрос ты задал… допустим, есть.
— Имена знаешь?
— Хм, — вождь покачал головой, — ты все интересней и интересней. В семейных преданиях их было трое, но в точности известно одно имя — Фаристул Громовержец. Что тебе это дало?
— Очень многое. Ты знаешь, что Духи Предков видят своих потомков насквозь, от них не спрячешься защитой памяти…
— Мальчишка! — от возмущения Пиренгул в очередной раз вскочил, — думаешь, знаешь о Духах больше моих шаманов!? Они непрерывно взывают к ним, но найти прямого предка в мире Духов не так просто! А Великие Шаманы и вовсе на Плато Шаманов!
— Потому и спросил о Великом Шамане, так как точно известно, где они есть, — спокойно ответил Рус, — присядь, Пиренгул, выслушай меня внимательно и желательно спокойно.
О такой особенности Духов Предков он узнал пару месяцев назад. Выбрался на плато за золотом (обычно ходили Леон с Андреем) и разговорился с «Озгулом».
Они с «Боргулом» смотрелись одновременно приятнее и страшнее старых мумий. Казались почти живыми. Это «почти» заключалось в бледности, сухости, в кислом запахе и холодной коже. В принципе, издалека можно ошибиться, спутать с живым, но стоит заглянуть в глаза… тусклый зловещий свет из пустых глазниц пробирал до костей. Он и притягивал и отпугивал, говорил о бренности земного и мудрости вечности… жуть. Рус старался не встречаться с их взглядами, да и с телами предпочитал не сталкиваться.
— Хорошее тело мне досталось, — проговорил «Озгул» загробным голосом, — сильный был воин, неплохой шаман, многое натворил в течение жизни. А как он тебя испугался! Ты — Большой Шаман, он был прав в своих мыслях. И пятно тебе подвластно. Не зря мы заключили с тобой договор, посланец неизвестного Бога, с тобой интересно.
— Ты его мысли прочитал? — спросил Рус, собирая деньги. Просто так спросил, и так ясно, что прочитал.
— Зачем? — удивилось привидение, — он мой прямой потомок, для меня вся его жизнь как открытый свиток, никакие ухищрения из Сил любых Богов или Духов не помогут, кровь сильнее.
— Пред смертью открывается что ли? — заинтересовался Рус. Новый способ преодоления защиты памяти как-никак, вдруг пригодиться.
— Нет. Сразу открывается, как только увижу. И судьбу вижу, — здесь «Озгул» прихвастнул и поправился, — в общих чертах.
— Понятное дело! Мысли, характер и задумки узнаешь — вот тебе и судьба, — подколол Рус и «Озгул», не отвечая, гордо удалился. Мол, недостойно бессмертному спорить с каким-то смертным.
Пригодился «способ».
Несмотря на всю невероятность плана, Пиренгул поверил в него.
Мыслимое дело! Плато Шаманов — самое опасное место, пугало всех тиренцев — дом Руса. Он
Поверил и убедился окончательно — «пропала» дочь. Рус не простой бастард. Лучше быть его другом или сразу убить. Пока убивать не собирался и понимал — потом станет поздно.
«На все воля Богов и Предков», — этой банальностью подвел черту под сомнениями.
На следующий день Пиренгул с тремя сыновьями стоял на поле открытия Звездных троп.
