— Ты подключишься к нашей с Айноном астральной реальности. Мы тебя подключим. Не переживай, знаний от тебя не требуется, только твое слияние с Силой.
— А-а-а… почему четко определенное время и место?
— Ритуал рассчитывается и соотносится со звездами, в то время и в том месте произойдет их точное совмещение с нужным нам Миром, — спокойно объяснил Тигран, — не снимай серьгу, и мы заберем тебя Звездной тропой, доставим точно к месту. Приготовь продукты на несколько дней, обратно придется добираться самостоятельно.
— Зачем? Я сам приду куда надо. Передай мне образ координат, я запомню и перерисую на пергамент. Не бойся, сохраню в тайне и не потеряю.
— Уверен? — спросил так ловко, что можно подумать его заботит исключительно способность Руса добраться самостоятельно, а не сохранность тайны и беспокойство за выполнение обещания. Мало ли что! На кону судьба всего народа.
Конечно, Тиграну предпочтительней забрать человечка в Кальварион, но как там удержать дикаря? Разметает, осквернит или уйдет. Или всё вместе. Приходится идти на допустимый риск. Он ловкий, не погибнет раньше времени и к обещаниям относится серьезно.
— Уверен, — твердо ответил Рус, — передавай.
В голове появилась вырезанная на камне картинка вязи координат. Кто бы сомневался, клан Стелющихся Камней!
— А где это, чьи земли? — спросил, «фотографируя» и мысленно складывая карточку в «приметное место». Не собирался он её перерисовывать, когда есть прогресс.
— На севере за Каринскими горами, земля этрусков, адептов Френома. Твое астральное тело напоминает их тела и внешне немного похож. Тебе будет там просто, не волнуйся. Тем более место пустынное, берег моря. Только прошу, оденься теплее и не опаздывай.
Это известие повергло Руса в шок и он еле выдавил:
— Я приду точно в срок. Конец связи, — сказал и дезактивировал амулет. Думал спросить, откуда они знают все геянские названия, хотел попросить кое-что взамен, но стало не до этого.
Придется соглашаться на предложение Эрлана. Не лежало сердце, а ничего не поделаешь. Игнорировать такой прямой намек, когда целый день только об Этрусии и шла речь — чревато непредсказуемыми последствиями. Скорее не для него. Рус хорошо помнил слова гадалки: «Клио не плетет нить твоей судьбы». Скорее для кого-то из близких и с сегодняшнего дня он мог точно определить для кого.
Душу сдавили противные липкие змейки. В этом страхе перемешалось всё: беспокойство о Гелинии, боязнь второй раз обмануться, ужас от воспоминания предательства, множество мелких детских тревог и стыд за эту мешанину эмоций. Слишком сильно он любил в далекой юности.
«Джуля! Ты и в другом мире не отпускаешь меня! Сволочь ты, а тебя любил…», — эта мысль в разных вариациях вертелась с полчетверти, пока не уснул, чудом прогнав приставучих рептилий.
Впервые после многих лет забвения Русу приснилась Джульетта. Она стояла на перроне и улыбалась доброй улыбкой, провожая его куда-то в неведомое. Он, высунувшись в окно вагона, смотрел на неё и ловил затылком упругий ветер неизвестности. Ужасно хотел обернуться и посмотреть вперед, но мешал страх. Он сковывал шею, не позволяя повернуть голову. Даже глаза не слушались — смотрели в одну точку, на Джулю, которая странным образом не отдалялась. Чего боялся — не понимал. Толи ждущей впереди жуткой неизвестности, толи окончательно потерять Джульетту. Вдруг бывшая любовь (во сне четко понимал — бывшая) оскалилась звериным оскалом, совсем как сам Рус, и эта «улыбка» пробрала до корней волос…
Проснулся в холодном поту. Из-за далекого горизонта невидимое солнце подсвечивало краешек неба. Еще не рассвет, но близко к нему. Сердцебиение успокаивалось, пот высыхал, страх уходил.
«Мне приснился кошмар, надо же!», — подумал он с облегчением. С явления Френома не видел кошмаров, да и там была явь в иной реальности, а это всего лишь сон. На душе становилось все теплее и светлее, за исключением легкой тучки, окутывающей образ Гелинии.
Туча развеется. Рус на это очень надеялся. Вскрывшийся комплекс не изменил его прагматичную натуру.
Перед выездом на занятия Рус заскочил к Эрлану. Бессовестно разбудил и выпалил:
— Сегодня вечером сообщу тебе свое решение, не выходи с виллы, — и сразу выскочил, не дослушав «я надеюсь, принц!».
В ордене, не встретившись с Гелинией, направился к магистру на плановые занятия.
— Господин Тирендор… — начал говорить Рус сразу после приветствия, но Отиг его перебил:
— Знаю, тебе нужен отпуск на неопределенное время.
Ученик не удивился, ожидал чего-то подобного. Отиг наверняка все понял, услышав об этруске. Иначе давно бы к себе пригласил.
— Это не в правилах Хранящих, мы не какие-то Текущие, но тебе сделаю исключение. Не каждый год у меня принцы учатся. Угадал?
— К сожаленью…
— Почему? Тебя разыскал твой сторонник, это очевидно раз ты жив…
— Или меня ловко заманивают… — «как раньше не подумал о западне?»
— Не смеши меня! Попроси его поклясться и все станет ясно.
«Точно! Все время забываю элементарные для местных вещи!».
— Жаль, не успеем с «осами»…
