— Это невозможно, принц! — этруск вскочил со стула, — в пятый день Листопада[18] собираются все верные тебе князья и майоры! Собираются только из-за тебя, я написал, что представлю! Вся партия развалится, вся борьба пойдет насмарку!
— Когда этот пятый день вашего Листопада! — Рус не выдержал, сорвался на крик.
— Через три дня. День вратами до Анектии, оттуда два дня «тропами». Если выйдем завтра с утра — успеваем только-только. Уже день потеряли, принц!
«Спокойно, Владимир Дьердьевич, спокойно… черт, сам себя загнал в ловушку! Обещал, речугу толкнул, а тут Андрей! Нет, ну не могли раньше с этой свадьбой!..», — мысли, как всегда в таких ситуациях, летали со скоростью молнии. Свадьба друга — святое, но и от обещания не отмахнешься, — «а этот Эрлан еще тот жук, написал тогда, когда еще следил за мной, значит… если что, надеялся забрать силой. Непременно заставлю поклясться…».
— Андрей пойдем, выйдем, — сказал, поднимаясь из-за стола. Друг, все еще хмурясь, направился за ним.
Гелиния, затаив дыхание, следила за происходящим.
«Благодарю, Величайшая, за такого возлюбленного!», — хоть он и не сказал ей ни слова, но любовь она чувствовала, как чувствуют все женщины, и не ошибалась… в отличие от некоторых представительниц прекрасного пола.
Рус в её глазах все рос и рос, хотя казалось, куда уж больше.
— Андрюша, я обещаю тебе, что накануне свадьбы… скажи точный день.
— Свадьба в первый день Эола, канун, стало быть — тридцатое Лоос, — Андрей, обижаясь за Грацию, так и старался поддеть Руса.
— В этот день я приду сюда, на виллу. Обещаю! «Зыбучей ямой» приду. Извини, точную четверть назвать не могу. Или тебе поклясться, друг? Силы хватит, чтобы вернуться хоть с другой стороны Геи! Ты мне веришь, друг? — закончил, как мог проникновеннее.
Андрей, отвернувшись, посопел и буркнул:
— Не клянись, лишнее. Мало ли как у тебя там пойдет… — продолжил, почти успокоившись, — понимаешь, в Тире не принято играть свадьбы в месяц Лоос. Да-да, мы сами не знали. У нас наоборот, самый свадебный месяц. Всеобщий календарь приняли, а Богиню Лоос недолюбливают… Ты это, — друг улыбнулся. Легкий у него характер, — не обижайся на Грацию и извиняться перед ней не вздумай. Тебе не за что, а она будет кривляться. Я сам успокою, объясню. Ты бы знал, сколько крови она у меня выпила составлением церемонии, списком гостей и еще дарки знают чем! Я сам люблю устроить праздник, но не до такой степени. Да и некогда мне. Слушай, я такую алхимическую структуру придумал — закачаешься! — Андрей говорил уже восторженно.
— Стоп! Некогда, потом. Я искренне рад за тебя, друг! — Рус дружески приобнял Андрея, — если честно, я готовился отговаривать тебя идти со мной, а тут… поздравляю.
— Эй! Ты зачем заранее? Милости прошу день в день, как обещал! — подмигнул и продолжил, — да, я бы с удовольствием пошел в Этрусию и тебе пришлось бы приковать меня к дереву, чтобы не увязался, но сам понимаешь. Да и работа интересная как никогда. Я столько структур освоил!
— Все, хватит секретничать, нас в столовой ждут…
— Подожди… так ты на самом деле этрусский принц? — только сейчас до Андрея дошло, что его давнее предположение полностью подтвердилось, из шутки превратилось в правду.
— Вроде того, — вздохнул Рус, — да, совсем забыл! Самое главное, что я хотел рассказать…
— О Кагане я знаю, Леон просветил, — нахмурившись, перебил Андрей, — а как ты понял, что это именно он?
— Мелькнул один тип… не важно! Я точно знаю — он не успокоится, поэтому прошу вас с Грацией жить у князя. Хорошо?
— Я тоже о нем наслышан. Честно говоря, думал он легенда… Я понял, Чик, не переживай за нас.
Засиделись до второй ночной четверти. Гелиния наотрез отказалась оставаться на ночь и приказала телохранителям создать «тропу».
— Удачи тебе, Рус, — мягко сказала она перед вертикальной «пластиной» Звездной тропы, — я буду ждать. Возвращайся обязательно и неважно выиграешь или проиграешь. Мы с тобой уже победили, правда?
— Правда, Гелиния, — тихо ответил Рус, сглатывая противный пух.
«Когда ты меня отпустишь, Джуля!», — со злостью подумал он, — «а её не узнать. Посерьезнела, расцвела… сейчас она точно княжна, а не своенравная девчонка…», — эта мысль уменьшила надоевший привкус.
— Я буду скучать и постараюсь не задерживать. Да чего там, увидимся на свадьбе!
— Конечно, Рус! Уже скоро… Да бережет тебя Величайшая! — с этими словами шагнула в тропу.
Рус еще долго стоял за воротами виллы, вспоминая этот прощальный разговор. Ни признания, ни объятий, ни поцелуев и в то же время удивительно нежный и родной, словно все давно сказано и понимают друг друга с полуслова. Удивительно для полугода простого знакомства.
Леон, Рус, Эрлан и вахтер Серегул сильно не спешили, выехали во вторую утреннюю четверть. Обычно Рус в это время уже сидел на занятиях. Задача вахтера — отвести обратно единорогов, включая скучающего в конюшне «Величайшей Геи» Воронка. А прижилось для привратника русское слово «вахтер», все обитатели «Закатного ветерка» их так и называли.
