— Слушай, Вежа, — я нахмурился. — Почему ты себя так ведешь? Без «подними ранг» или «плати очками влияния»? Это что, теперь всегда так будет?
Она подошла почти вплотную и я невольно напрягся. Чёрт, да что она творит?
— Не всегда, княже, — томно ответила она. — Сегодня — особый день. Ты первый среди носителей. В этом времени. Вот и всё.
Я моргнул. Первый? Это что ещё за новости?
Угли в очаге тлели, бросая красные отблески на её кокошник и платье с тем вырезом, от которого я старался отвести глаза.
Первый среди носителей? В этом времени.
Ээти слова засели в голове. Тут что-то не так. Не просто похвала, а подвох какой-то, хитрость, которую она мне под нос суёт, а я ещё не раскусил. Ветер снаружи завыл сильнее, полог шатра затрепыхался, я невольно поёжился — то ли от холода, то ли от её взгляда.
— Это что, — поте я подбородок, — я тут самый умный из тех, у кого ты в голове сидишь? Или самый удачливый?
Она хмыкнула. Чёрт возьми, откуда у системы запах?
Она села на лавку напротив меня.
Она скрестила ноги — медленно, плавно, как в той сцене из фильма, в прошлой жизни. Нога на ногу, подол чуть задрался, и я сглотнул, чувствуя, как кровь прилила к лицу. Да что ж такое, Антон, возьми себя в руки, это ж не баба, а программа, нейросеть какая-то, черт её дери!
— Первый, княже, — её голос стал ниже, мягче, будто она мне секрет открывает. — В этом временном промежутке ты на вершине. Среди тех, кто является «носителем». И мне это… приятно.
Я фыркнул, откинулся на скамью, скрестил руки на груди, чтобы хоть как-то отвлечься от её ног и этого томного взгляда. Временной промежуток? Это что ещё за хрень? Она что, не только со мной работает? Есть другие? И тут меня осенило — она же не просто так явилась, не просто так мне всё на блюде выкладывает. Тут игра покрупнее, чем я думал. Я прищурился, глядя на неё, и решил вытрясти из неё побольше, пока она в настроении болтать.
— Погоди-ка, Вежа, — начал я, нахмурившись. — Ты сказала «в этом времени». Это что, ты не только в десятом веке сидишь? Есть ещё какие-то времена, где ты носителей своих контролишь?
Она улыбнулась так, будто я наконец-то до чего-то додумался.
— Умный ты, Антон, — в её голосе скользнула нотка одобрения. — Да, я не только тут. Я слежу за тремя временами. XVII век — там Николай, I век до нашей эры — там Евгений, и X век — это ты. Три носителя, три эпохи. И все вы — первые в топе своего времени. Вот почему я сегодня добрая.
Я задумался, переваривая её слова. Три времени? Николай, Евгений, я? Это что, «Вежа» не одна такая, а их целая куча, и каждая со своими подопечными? В голове загудело. Значит, я не один такой попаданец, или как там нас назвать — носителей? И она сидит сразу в трёх веках? Я пытался уложить все это в голове. А главное — она сказала «все вы первые». Это что, какой-то рейтинг у неё там, внутри системы? И я, выходит, на вершине в своём десятом веке?
— Погоди. Ты хочешь сказать, что систем таких, как ты, много? И каждая со своими людьми? И что, у вас там топ какой-то, как на торгу — кто больше продал, тот и молодец?
Она засмеялась. Потом выпрямилась, скрестила руки под грудью, и я невольно заметил, как ткань платья натянулась. Чёрт, Антон, держи себя в руках! Это не баба, это программа, нейросеть, мать её за ногу!
— Не совсем так, княже, — ответила она. — Систем много, да. Каждая ведёт своих носителей по-своему. Кто-то строже, кто-то мягче. А топ… ну, скажем, это неформально. Но вы трое — вы лучшие. И мне это по душе. Поэтому я сегодня с тобой… поболтаю. В рамках разумного, конечно.
Я фыркнул, потёр виски. Лучшие, значит. Николай, Евгений, Антон. Три времени, три носителя, и я — первый в своём. Это что, гордиться надо? Или бояться? В голове закрутилось: а что, если эти двое, Николай с Евгением, тоже сейчас с ней болтают? Или их «Вежи» другие? И тут меня осенило — она же не сказала, почему я первый. Случайность? Или я что-то такое сделал, что её рейтинг меня наверх задрал? Я прищурился, глядя на неё, и решил копнуть глубже.
— Ладно, Вежа, — начал я, прищурившись. — Допустим, я понял, что я — первый. Но почему? Что я такого сделал? Рубил врагов, города брал, дружину поднял? Или что?
Она снова улыбнулась и наклонилась.
— Почему ты первый? Потому что ты идёшь вперёд, Антон. Не просто бьёшь, а строишь. Не просто берёшь, а держишь. Березовка, Совиное, Переяславец, Полоцк — ты не просто князь. Но я не скажу всего.
Я моргнул. Это что, она сама не знает? Или дразнит меня? Она хвалит меня, но не договаривает. И тут я понял — она мне льстит, но не просто так. Ей что-то от меня надо. Или она просто играет, как баба, что хочет мужика за нос поводить? Я фыркнул, откинулся назад, чтоб отстраниться от её волос и этого запаха, что уже в ноздри лез.
— Ну и ладно, — буркнул я. — Первый так первый. Но раз ты сегодня добрая, давай ещё поговорим. Что ты мне ещё дать можешь? Кроме планов да очков?
Она выпрямилась, скрестила руки.
