Почти все остались! Кто ж от добра добра ищет? Видно, натерпелись они в своем недолгом рабстве, а тут — свобода, да еще и кусок хлеба верный. Но некоторые все же ушли — те, кого дома ждали семьи. Таким я давал еду в дорогу и обещал принять обратно вместе с семьей.
Платил я, чего уж там, не просто кусок хлеба, а звонкой монетой. Точнее, золотым песком, да самородками, что мы со Степаном в тайне от всех намывали. В селе правда я не расходовал золото, отдавал гривнами серебра.
Кстати, золото, как оказалось, очень чистое. Наш кузнец знал свое дело. Митро, когда увидел золотую монету, аж присвистнул. Видать, не каждый день такое богатство ему попадалось. Вот с тех пор он ко мне и прикипел. Понял, что со мной дело иметь выгодно. Я ему — золото, он мне — все, что душа пожелает. И ведь не обманывал, все по совести делал. Я проверял, гонял Яшку в Переяславец, чтобы он цены поспрашивал на рынке.
Вот так Березовка пополнилась новыми жителями. С их помощью мы развернулись.
А Митро все не унимается. То железо какое-то особенное привезет, то инструмент диковинный, что кузнец наш, Тихон, аж руками всплескивает от удивления. А все потому, что я Митро не обижал, платил щедро, по-царски. Переплачивал, конечно. Но мне нужен был свой снабженец. Да и старался, в лепешку расшибался, чтобы мне угодить. А связи у него, как я понял, были серьезные. Не зря же он так ловко и артели собирал, и товары редкие доставал. Видно что, не последний человек в торговом мире.
Благодаря Митро и его поставкам, получилось организовать первую ярмарку. Пока не особо большую в ассортименте, но это дело поправимое.
Народу тогда было — не протолкнуться! Со всей округи съехались: и из ближних сел, и из-за дальних лесов. Торговали всем, чем только можно.
Вот, мужики бочонки с медом катят, надрываются. Рядом бабы голосистые расхваливают холсты льняные, да узорчатые платки. Дальше — кузнецы молотами стучат, искры летят во все стороны. Подковы, топоры, ножи — все, что душе угодно. А вон там гончары горшки да кувшины расписные предлагают. Ребятишки с глиняными свистульками носятся, заливаются. А какой дух стоит от копченой рыбы!
Сам я тоже не сидел без дела. Ходил по рядам, смотрел, чтобы порядок был, да с людьми разговаривал.
Ярмарка наша — не просто базар, а место, где люди встречаются, общаются, друг другу помогают. И выгода от нее не только мне, но и всем селянам. Кто товар свой продаст, кто купит, что нужно, а кто просто поглазеет, да новостями обменяется. Благодаря ярмарке, Березовка ожила, стала центром притяжения для всей округи.
Конечно, не всем это было по нраву. Ярополк, купец из Совиного, от злости, наверное, уже все локти себе искусал. Раньше ведь как было — вся торговля в округе через его руки шла. А теперь что? Теперь мы сами с усами. Сами торгуем, сами прибыль получаем. Да еще и Березовка наша на глазах хорошеет, богатеет. Дома новые, улицы чистые, люди довольные. Не то, что у них в Совином. Более того, теперь дорога новая появилась — в обход Совиного по дуге. Сама собой образовалась — «натоптали». А все из-за того, что Ярополк слишком рьяно не пускал торговцев в Березовку.
Он начал нам по-тихому пакостить. То ночью, по-пьяни, подожгут телегу с товаром, то слух какой-нибудь грязный пустят, мол, староста ваш — колдун, с нечистой силой знается. Только все это ему боком выходило.
Помню, как-то раз, поймали мы его людей, которые пытались испортить товар на складе. Привели их ко мне, а они стоят, трясутся от страха.
Сдали своего нанимателя с потрохами. Странно это. Раньше Ярополк хотя бы скрывался как наниматель — когда разбойников натравлял на Березовку.
Отпустил я тогда этих горе-вредителей, а сам задумался. Понятно, что Ярополк просто так не успокоится. Надо с ним что-то делать. Но пока не смог придумать что именно. Поставщиков Совиного потихоньку себе переманиваем. Приходится заниматься демпингом. Благо золото намывается, но оно не бесконечное. Поэтому нужно придумать выход из этой ситуации. Хорошо, что Мишка-разбойник хорошо так корни пустил в торговлю Ярополка. Говорит, что через какое-то время сможет прижать к ногтю всю торговлю. Верится слабо, но пусть пробует. Надеюсь, что не предаст. Ему как раз не за что меня любить — бандит он, вся натура у него такая.
А тут еще, как назло, Митро привез весть, от которой у всех волосы дыбом встали. Как-то вечером, после очередного тяжелого дня, сидим мы со Степой и Милавой на мельнице, ужинаем. Подъехал на телеге Митро с наемниками-охранниками. При виде торговца, я забеспокоился. Митро заметно нервничал.
— Что с тобой, Митро? — нахмурился я. — Случилось чего?
— Случилось, староста, — отвечает он, вздыхая. — Вести плохие привез.
— Говори уже, не томи.
— Нет больше Рюриковичей. Всех порешили.
Да уж. Я знал об этом. Да и старейшин предупредил. Но все равно, как-то тоскливо стало. Жаль Святослава. В моей истории он был великим воином и правителем.
— Князя Святослава, вместе со всеми его сыновьями, не стало, — Митро снова вздохнул. — Кого в бою, кого в заговоре… Всех. Не осталось никого.
— Известно кто погубил? — прошептал я.
